7 марта погода над Выборгским заливом немного улучшилась и 4-й полк получил приказ продолжать бомбардировки советских войск на льду.  На этот раз за эскадрильями закрепили зоны ответственности: LLv 42 и примкнувшие к ним немногочисленные исправные машины 44-й должны были действовать в западной части залива примерно до линии Виланиеми – полуостров Койвисто, а LLv 46 – в восточной, где перешли в наступление соединения советского 10-го стрелкового корпуса. 

Кто читал о немецких танковых войсках во Второй мировой войне, тот, скорее всего, знает эти имена: Эрнст Баркманн, Йоханнес Бёльтер, Отто Кариус, Курт Книспель и Михаэль Виттманн. В литературе и в интернете циркулируют списки с невероятным количеством "фрагов" - подбитых ими вражеских танков. О некоторых из этих людей написаны целые книги, но, при этом, ажиотаж вокруг "танковых асов" на самом деле явление послевоенного периода.

Геннадий Серов. Как воевали советские лётчики-истребители в 1942 году. 4 часть. Тяжелое лето.

Встреч с Михаилом Владимировичем Герасиным, десантником из 56 десантно-штурмовой бригады на самом деле было несколько. Поэтому и выпусков «афганского» цикла с его воспоминаниями тоже будет несколько, что само по себе радует. Поскольку рассказать Михаилу Герасину есть о чём. А начать знакомство с товарищем старшиной без особых церемоний хотелось бы с истории с ранением, точнее даже с двумя. И продолжить беседой о времени, проведённом в кабульском госпитале. Так получилось — в бою Михаил Герасин был ранен пулей и осколком. И то и другое до сих пор с ним как вынужденная память об Афганской войне. Однако, спустя годы, благодаря чувству юмора и могучему жизненному оптимизму старшины Герасина довольно мрачные странички биографии, связанные с ранением и болью, окрасились в куда более светлые тона. В этой беседе Михаил Владимирович поделился своими впечатлениями о госпитальной атмосфере и микромире, где оказывались солдаты и офицеры, рассказал кто такие «пистолетчики» и почему госпиталь для многих стал дорогой к медали.

Запись выступления Игоря Сдвижкова на военно-историческом форуме канала TacticMedia "Сталинградская битва".

30 июля 1941 года самолетами FAA (Fleet Air Arm – ВВС флота) была проведена операция по нанесению удара по портам Киркенес и Линахамари. В 1942 году, для усиления торпедоносной авиации в Заполярье, англичанами была проведена операция получившее наименование «Оратор».

После разгрома, учиненного немцами всем известному каравану PQ-17, англичане на некоторое время прекратили проводку конвоев до Мурманска и Архангельска. Кроме прочего, у них уже начиналась подготовка к высадке в Северной Африке, которая требовала очень много сил и средств. Однако, просьбы Советского Союза заставили британское командование задуматься о проводке еще одного конвоя, последнего из серии PQ и последнего до завершения операции «Торч».

Федор Лисицын. Алексей Исаев. Цусима. Часть 3. Бой крейсерского отряда.

К началу весны 1940 года в результате достаточно больших потерь боевой состав 4-го авиаполка ВВС Финляндии вновь заметно сократился. Из двух десятков числившихся в строю к концу января бомбардировщиков на 1 марта осталось пять машин в LLv 44 и семь в LLv 46, из которых исправны были в общей сложности десять. Однако финские представители в Великобритании не сидели без дела и в феврале договорились о поставках еще дюжины «Бленхеймов», на этот раз снова «единичек». 

Александр Короткевич и Станислав Сопов беседуют об исследовании Марса космическими аппаратами. Краткий обзор триумфов и неудач от первых советских станций 60-х годов, до атомных марсоходов Curiosity и Perseverance.

Утром 27 июля (9 августа) 1916 года на аэродроме авиационного завода Артура Анатра, рядом со Стрельбищным полем под Одессой производились испытания биплана «Анатра Анаде» - нового детища конструктора Элизэ Декана.

Первым в полет на новом аппарате отправился штатный летчик-испытатель завода подпоручик-француз Жан Робинэ. Он поднял самолет в воздух, за 20 минут набрав высоту в 2000 метров, заглушил мотор и плавно спланировал. Все было отлично: при умеренном ветре в 5,5 метров в секунду, аппарат был устойчив, мотор работал, как часы, и Жан передал эстафету другому пилоту — лейтенанту Марку Бонье: «Все в порядке, дружище! Принимай птичку!»

Все произошло слишком быстро, никто так и не понял, что же собственно произошло: почему такой первоклассный летчик, как Марк Бонье не справился с управлением? Была ли это техническая неисправность или ошибка пилотирования?