Подборка материалов по автору

Испания и Португалия на протяжении веков были закоренелыми соперницами и в Европе, и в заморских владениях. Несмотря на гораздо меньшие размеры и численность населения, Португалия была сильным противником, а в 1494 году в Тордесильясе монархи двух стран даже нескромно поделили между собой весь мир. Но был период, когда на протяжении шестидесяти лет испанские Габсбурги распространили свою власть и на Португалию.

Война за независимость, вспыхнувшая в Испанских Нидерландах в 1566 году, поначалу развивалась для восставших не очень удачно. Испанский полководец герцог Альба смог разгромить мятежников и выдавить их за пределы страны. Но в апреле 1572 года загнанные в угол «морские гёзы» благодаря своей отваге и благоприятному стечению обстоятельств заняли несколько опорных пунктов на побережье. А уже в июле серьезная опасность для испанцев надвинулась с юга, где на стороне повстанцев выступили французы. Там, где силы испанского оружия могло не хватить, в дело вступили дипломатические интриги. С их помощью Альба вывел Францию из числа своих противников, одновременно, в качестве побочного эффекта, ввергнув ее в кровавую религиозную войну.

К 1568 году казалось, что герцог Альба фактически задушил восстание в Нидерландах, стремившихся к независимости от Испании. Войскам Вильгельма Оранского было нанесено серьёзное поражение, мятежники были частично уничтожены, частично вытеснены за пределы провинций. Однако введение алькабалы, резкое поднятие налогов и решения Трибунала, введённого герцогом Альбой, в 1572 году вывели мятеж на новый уровень.

В первой половине XIX века тактика русского флота по-прежнему находилась в положении догоняющего по отношению к военному искусству ведущих морских держав того времени. До тех пор пока основными противниками России на море оставались сопоставимые по силе флоты Швеции и Турции, такое отставание не было слишком заметным. Но Крымская война резко обнажила накапливавшиеся более века проблемы.

В 1787 году началась очередная русско-турецкая война. Ее морская кампания связана с именем Федора Федоровича Ушакова, которого у нас часто называют и создателем маневренной тактики, и чуть ли не учителем самого Нельсона. Реальный вклад великого русского флотоводца в развитие морской тактики, разумеется, лучше всего рассматривать на примере проведенных им сражений.

Авторитет Петра I, отца русского флота и создателя Морского устава, оказался настолько велик, что на протяжении всего XVIII века утверждённые им догмы не оспаривались российскими флотоводцами. Когда для дальнего похода в Средиземное море императрица Екатерина II была вынуждена нанять иностранных специалистов, выяснилось: их видение тактики морского боя очень сильно расходилось с российскими представлениями. В русском флоте сложилась ситуация, парадоксальным образом похожая на современное положение дел в отечественном футболе.

Пётр I, отец русского флота, оказался одновременно и создателем первых документов, регламентирующих действия в бою. Как ни странно, это благое дело императора принесло флоту как пользу, так и проблемы, которые пришлось преодолевать несколько десятилетий.

Голодный моряк – плохой моряк. Неизвестно, насколько большую роль знание этой простой истины сыграло в том, что британский военно-морской флот стал сильнейшим в мире. Но факт остаётся фактом: несмотря на обилие тягот и лишений, сопровождавших английских матросов в походах, кормили их, как правило, хорошо. Итак, заглянем в меню моряка XVIII века и посмотрим, что он ел и пил, находясь на корабле.

В 1817 году в Испании была разработана кораблестроительная программа, согласно которой к 1823 году планировалось иметь 20 линкоров и 30 фрегатов, но поскольку революции в Новом Свете уже шли, корабли позарез были нужны прямо сейчас. Конечно, удобнее всего было бы строить корабли в Гаване – там до Наполеоновских войн у Испании была крупнейшая верфь. Но с 1814 года там не строилось ничего, ибо с момента восстания в Колумбии и Мексике полностью распались связи и отрасли заготовки древесины для флота, а собственно гаванские запасы древесины к этому времени были израсходованы. Там переключились на строительство канонерских лодок и прибрежных шлюпов, чтобы удовлетворить запросы армии в поддержке с моря. И поэтому испанское правительство пошло другим путем, решив закупить корабли у другой страны. Почему же выбор пал на Россию?

В статье об осаде Картахены уже рассказывалось о причинах «войны из-за уха Дженкинса» и о рейде английского адмирала Вернона к Картахене и Порто-Белло. Но в рамках колониальной англо-испанской войны 1739–1742 годов эта осада была далеко не единственным событием, достойным отдельного описания. Одним из таких эпизодов стала кругосветная экспедиция небольшой эскадры коммодора Джорджа Энсона.