Как известно, в первый день Великой Отечественной войны ВВС Красной армии потеряли по различным причинам около 1200 самолётов, из которых порядка 800 было уничтожено на 66 атакованных экипажами люфтваффе аэродромах. Одним из самых эффективных налётов, который произвели экипажи двухмоторных «церштёреров» из II группы эскадры ZG 26, стал утренний удар по приграничным аэродромам в окрестностях Гродно.

2 февраля 1943 года, крупнейшей на тот момент победой Красной армии закончилась Сталинградская битва. После упорных боёв 25-30 января 1943 года в руки красноармейцев попали не только остатки дивизий немецкой 6-й армии, но и весь её штаб во главе с командующим. Эти события до сих пор имеют множество версий, отличающихся в деталях, но, уже можно «расставить все точки над ё» и рассказать, как, кому и где сдал оружие фельдмаршал Паулюс.

Осенью 1852 года правительство Николая I решало вопрос, как вести войну с Турцией. Вернее, даже не так: а стоит ли вообще вести войну с Турцией? Начавшийся в том же году черногорско-турецкий конфликт задал вектор дипломатической активности европейских и российских политиков в Стамбуле, к которой позже подключились и главы государств, неравнодушных к «Восточному вопросу».

В воздушных боях на советско-германском фронте немецкие лётчики, используя преимущества своей техники, с самого начала войны часто придерживались нехитрой тактики быстрой атаки из выгодного положения с последующим уходом при любом результате. Подобные действия сразу же породили определённое отношение к немцам со стороны лётчиков ВВС Красной армии: популярным стало мнение о том, что противник не принимает открытого боя, боится лобовых атак и вообще действует подло, «из-за угла», после чего трусливо удирает. Подобные заблуждения стоили жизни многим советским лётчикам. Уже утром 22 июня 1941 года, в самом начале грандиозного по масштабам сражения, в боях нашлось место и старым добрым «собачьим свалкам» между большими группами истребителей. Здесь немцы продемонстрировали всю свою выучку и возможности техники.

Решение об окружении Ленинграда было как частью общих планов руководства нацисткой Германии, так и элементом общей нацисткой политики, которая предусматривала не только ведение боевых действий, но и в последствии использование оккупированной территории СССР. В данном случае окружение служило целям уничтожения местного населения. И оружием для этого должен был служить голод. Какую роль в общем плане играла возможная переправа через Неву? 

Приняв решение о присоединении к войне против России на стороне Турции, Великобритания и Франция еще несколько месяцев не имели ни четких целей, которых хотели добиться в этом конфликте, ни тем более конкретных планов, которые позволили бы прийти к этим целям. И даже Крым, давший впоследствии название всей войне 1853–1856 годов, оказался местом вторжения достаточно случайно.

Споры о реальности и выдуманности победы аса всех времен и народов Эриха «Буби» Хартмана идут до сих пор. В западноевропейских исследованиях никто его успехи сомнению не подвергал, чего не скажешь о постсоветском пространстве. Это и неудивительно, ведь почти все свои победы из умопомрачительного количества в 352 штук Хартман одержал в противостоянии с советскими летчиками.

Сразу стоит сделать примечание: тема 200-й победы Хартмана упоминалась еще 20 лет назад в журнале «Авиация и Время» в статье Вадима Колечкина «Авиация в боях под Корсунь-Шевченковским», а также довольно подробно разбиралась на просторах интернета историком Никитой Егоровым. В данной работе мы проанализируем этот случай более детально, а также коснемся темы 100-го успеха аса в небе Украины.

Продолжаем знакомство со взглядами на Крымскую войну, сложившимися в стане противников России и нейтральных государств. На этот раз попробуем разобраться, почему ведущие промышленные державы Европы, Франция и Великобритания, вступили во вроде бы ненужную им войну против России.

Вопрос эффективности действий немецкой авиации против советских аэродромов 22 июня 1941 года в постсоветские годы стал благодатной нивой для самого разного рода исследователей, в том числе и не чистых на руку. Отсутствие серьёзных работ, объясняющих причины больших потерь советской авиации на земле (которые никогда не скрывались), привело к массе спекуляций на эту тему. Марк Солонин договорился до того, что советские лётчики без боя побросали исправные самолёты и сбежали в тыл. И эта его «теория» имеет большое число сторонников.

Насколько состоятельны подобные измышления? Для ответа на этот вопрос разберёмся с частным случаем и воспользуемся документами 148-го истребительного авиационного полка (ИАП) 6-й смешанной авиационной дивизии (САД), встретившего начало войны на аэродроме Лиепая в Латвии.

После двух первых дней советского контрнаступления в рамках операции «Уран» 3-й гвардейский кавалерийский корпус генерал-майора Иссы Плиева вышел к хуторам Евлампиевский и Малонабатовский на реке Голубая – притоке Дона. Здесь кавалеристы и поддерживающие их противотанкисты столкнулись с 16-й танковой дивизией вермахта.