Экспедиция герцога д’Анвилля
22 октября 2026
Когда в 1744 году началась очередная война между Англией и Францией, она закономерно перекинулась и на их североамериканские владения. В 1745 году, после вылазки французских колонистов к английским поселениям в Новой Шотландии, ополченцы из Новой Англии атаковали и взяли французскую крепость Луисбург на острове Иль-Рояль. Естественно, на этом борьба между англичанами и французами в североамериканских колониях не закончилась. На выручку своим колонистам французы решили отправить флот.
Флот в помощь
С июня 1746 года франкоканадцы вместе с союзниками-индейцами готовили вылазку к Олбани. Но им как воздух нужны были припасы – порох, провиант, оружие, без которых французы и их союзники просто не смогли бы начать активных действий. Поэтому государственный секретарь по флоту граф Морепа сформировал для отправки в Северную Америку довольно большой экспедиционный отряд под командованием Жана-Батиста-Луи Бертрана де Ля Рошфуко, герцога д’Анвилля, с приказом отбить Луисбург и разорить английские владения в Акадии и Новой Англии.
Ответственным за формирование каравана и снабжение его припасами и войсками назначили Бижо де Ла Мотта, командира рошфорского порта, а по совместительству – главного контролёра финансов Канады. Надо сказать, что с этим поручением он справился. Конвой, сформированный сразу в пяти разных портах (Нант, Сен-Мало, Брест, Бордо и Ла-Рошель), насчитывал в общей сложности 10 линкоров, 3 фрегата, 2 корвета, 2 брандера, 2 флейта, 1 госпитальное судно, 15 войсковых транспортов или судов, использовавшихся в этом качестве, а также 19 торговых судов и 18 зафрахтованных купцов – всего 72 корабля. Часть торговых судов около мыса Финистерре должна была взять курс на Левант.
Французский конвой, среди прочего, включал 64-пушечные линкоры «Бори» и «Леопард», 50-пушечные «Дьяман» и «Тигр», фрегаты «Реноме» и «Межер», два флейта. На последние загрузили 281 штыков из батальона Понтие и батальон милиции из Фонтэнэ-ле-Комт. В качестве войсковых и вспомогательных транспортов использовались оснащённые «эн флюйт» корабли «Парфэ» и «Тридан», приватир «Тигр», а также торговые «Фор-Луи» (320 тонн), «Андромеде» (300 тонн), «Султан» (380 тонн), «Виерж де Грас» (180 тонн) и много малых судов.
Конвой был нагружен войсками, товарами, провиантом, порохом и вооружением, так необходимыми канадским поселенцам. На кораблях находился 2861 французский солдат (командир сухопутных сил – полковник де Мерик). В реалиях малонаселенной Канады это была беспрецедентная помощь от метрополии.
Линкор «Бори» доверху загрузили личными вещами Бижо де Ла Мотта. Французские моряки были поражены и шокированы количеством дорогой мебели, белья, кружев, посуды, погруженных на корабль. Коррупция в Канаде делала эти колонии убыточными для метрополии, в отличие от Индии.
Череда бед
В 4 часа утра 22 июня 1746 года караван тронулся в путь от острова Иль-д'Экс. 23 июля французы прошли Азоры. 10 сентября эскадра д’Анвилля усмотрела акадийское побережье. За время перехода часть кораблей и транспортов была потеряна.
Многие матросы заболели. Так, например, из 300 членов экипажа 50-пушечного «Карибу» только 40 человек к началу сентября могли исполнять свои обязанности, остальные были больны тифом. Это было связано с порочной практикой, принятой на французских кораблях ещё со времён Ришелье. Во французском флоте полагался один гамак на двух матросов (один спит, один несёт службу, потом меняются). Также матросам разрешалось справлять потребности на палубе. Обе эти «традиции» приводили к быстрому распространению заболеваний в экипаже, и иногда моровое поветрие уносило на тот свет экипажи целых эскадр.
Но вернёмся к д’Анвиллю. 10 сентября 44 французских корабля бросили якорь в бухте Чебукту (ныне – бухта Галифакс), а 13 сентября налетел жесточайший шторм, в результате которого французские корабли и суда оказались раскиданными вдоль всего побережья Акадии и Новой Шотландии. «Нортумберленд» вылетел на мели острова Сэйбл – длинной песчаной дуги, вытянутой с запада на восток и расположенной к востоку от побережья Новой Шотландии. «Ардан» потерял 50 человек, ещё 400 были больны, поэтому капитан корабля мессир де Коломбьер решил идти обратно во Францию. «Карибу», бедственное состояние которого мы уже описывали, также взял курс на Брест, через 4 дня он смог соединиться с «Арданом». «Марс» был довольно сильно повреждён, однако смог соединиться с «Триданом».
В отсутствие д’Анвилля, имевшего флагманом «Ардан», мессир д’Эстурмель взял на себя функции старшего. «Тридан» к тому времени уже смог найти «Альсид» и приватир «Рафаэль». Французы отплыли к острову Сэйбл, где к ним присоединились сильно повреждённые «Леопард», «Тигр» и 30 торговых судов. 27 сентября отряд снова вошёл в бухту Чебукту, а 28-го была перехвачена акадская галера, сообщившая, что на подходе корабли Вест-Индской французской эскадры Конфлана. Вскоре удалось отыскать и «Нортумберленд», который всё же смог сняться с мели и ремонтировал днище. Д’Эстурмель поднялся на борт флагмана, где узнал, что герцог д’Анвилль умер, по одной из версий – от апоплексического удара, по другой – от истощения. Теперь Эстурмель становился главным. Тотчас же был созван военный совет, на котором было решено атаковать и взять на штык Пор-Рояль (Аннаполис-Ройял) с помощью уцелевших солдат, а четыре корабля с транспортами направить в Квебек.
Множество провианта было затоплено и пропало, поэтому французы начали испытывать настоящий голод. Сам Эстурмель писал позже:
«В 19:00 офицеры пригласили меня на праздничный ужин. На каждого приходилось по два яблока, одна пресная лепёшка и стакан вина, разбавленный напополам водой».
1 октября произошло непонятное. Описания сильно разнятся, но в целом сводятся к тому, что Эстурмель, раздавленный событиями последних дней, тяжело заболел и впал в горячку. Спешно собранный военный совет избрал новым командиром отряда Жака-Пьера де Таффанеля де Ла Жонкье. К этому времени около половины членов экипажей были больны и крайне истощены. Из двух тысяч восьмисот солдат только около тысячи были более-менее здоровы, однако сильно недоедали. Скорбут и дизентерия косили людей.
Канадцы справляются без помощи метрополии
В свою очередь, из Квебека на семи судах вышли 700 французских ополченцев, морпехов и союзников-индейцев, задачей которых было соединиться у Аннаполис-Ройяла с экспедицией д’Анвилля. Командовал рейдом Жан-Батист-Николя-Рош де Рамезье. 11 октября Рамезье достиг пункта назначения. К своему большому удивлению, он никого не обнаружил, а опрос местных жителей показал, что французскую эскадру разметало недавним штормом и где она – никто не ведает. Атака Аннаполис-Ройяла малыми силами не принесла бы ничего хорошего, поэтому Жан-Батист только блокировал крепость и разослал разведчиков по всем направлениям.
Тем временем с эскадрой Жонкье произошло новое несчастье. 11 октября 1746 года у Кейп-Клир (Новая Шотландия) «Марс», отбившийся от основных сил, был атакован недавно построенным 60-пушечным кораблём Его Величества «Ноттингем» (кэптен Филипп Сомарез). Команда английского корабля состояла из 365 человек, тогда как на 64-пушечном «Марсе» было 550 матросов (из них около четырёхсот – больны). После двух часов безнаказанного обстрела (англичане воспользовались тем, что у француза была сломана грот-мачта, и били продольным огнём с носовых и кормовых углов) «лягушатники» подняли белый флаг. Потери на «Ноттингеме» составили ранеными три или четыре человека, потери французов – 40 матросов убитыми.
На эскадре же продолжали гибнуть люди. Бижо де Ла Мотт своей властью приказал 14 транспортных судов переклассифицировать в госпитальные, но лучше от этого не стало. Удалось лишь собрать всех больных на отдельных кораблях, где они медленно умирали, поскольку врачей не было. 24 октября было решено идти во Францию основными силами. Перед уходом Жонкье планировал высадить французские войска (насчитывавшие на тот момент 94 офицера и 1410 солдат) у Аннаполис-Ройяла и откомандировать им в помощь 13 судов. Однако через два дня, находясь на траверзе мыса Кабо Негро, французы решили не испытывать судьбу и отменили приказ о высадке. Экспедиция повернула во французский Брест.
Что касается де Рамезье, 8 ноября он, не дождавшись эскадры, отошёл от Аннаполис-Ройяла и занял оборонительную позицию между крепостью и французскими поселениями. Обеспокоенный губернатор Новой Англии Ширли послал в Новую Шотландию отряд полковника Артура Нобля (100 королевских солдат). По дороге Нобль включил в состав отряда пару сотен союзных индейцев и около сотни английских рейнджеров (добровольцев, охотников за скальпами). Дружественно настроенные к французам индейцы-абенаки вовремя донесли о приближении англичан, и де Рамезье послал на разведку боем своего капитана, Николя-Анутана Кулона де Вилье, с 240 канадскими ополченцами и 20 индейцами.
Утром 10 февраля 1747 года отряд достиг реки Гасперо, к югу от деревни Гран-Пре, где расположились на постой солдаты Нобля. Произведя разведку, де Вилье узнал, что англичане разместились в 10 домах деревни Гран-Пре, и решил атаковать ночью. Погода не подкачала – к вечеру разыгралась метель, и французам совершенно незаметно удалось подкрасться к лагерю. Индейцы бесшумно сняли часовых, и отряд, разделённый на десять групп по 24 человека в каждой, атаковал дома, которые заняли английские солдаты. Вилье был ранен в начале сражения, и его заместил капитан де Ла Корн. Англичане понесли очень большие потери, погиб и сам Нобль, но части британских солдат, разбуженных выстрелами, удалось вырваться из ловушки и укрепиться в каменном доме на окраине Гран-Пре.
На следующий день англичане подписали почётную капитуляцию. С развевающимися знаменами и орудием они отошли в Аннаполис-Ройял, французы же, согласно договору, сохранили статус-кво в Акадии. Британцы потеряли 130 человек убитыми, 34 – ранеными и 53 – пленными. Французские потери были гораздо меньшими – 6 ополченцев погибли, еще 14 были ранены.
Этот рейд вкупе с атакой Саратоги в колонии Нью-Йорк полностью сбил с английских колонистов всю спесь, развившуюся у них после взятия Луисбурга. Французские ополченцы в который раз доказали свою эффективность и способность малыми силами решать стратегические задачи.
Бесславное возвращение
Однако французы не обольщались – было совершенно понятно, что Канада существует до тех пор, пока у британцев царит бардак и сохраняется морское снабжение с Вест-Индских островов и из Франции. Как только противник догадается перерезать снабжение или проведёт скоординированную атаку, Канада, безусловно, падёт.
Что же касается несчастной экспедиции д’Анвилля, её возвращение во Францию также не прошло без эксцессов. Около Азор эскадру настиг очередной шторм, который разметал корабли по океану.
Ушедшие раньше всех в метрополию «Карибу» и «Аргонот» пришли в Брест 10 октября, 12 числа того же месяца бросил якорь у Бель-Иля «Ардан». 3 декабря в Бресте пришвартовались «Дьяман» и «Тридан». 7 декабря к Бель-Илю пришли главные силы Жонкье – «Нортумберленд», «Бори», «Жиронда», «Межер», «Эрьез-Мари» и «Сан-Жозеф». 11 числа «Леопард» вошёл в гавань острова Иль-д'Экс. И только 16 декабря в Брест пришли последние торговые корабли. Пропал без вести госпитальный «Меркюр» с 21 транспортом. Потери в людях у французов также оказались громадными: только в экипажах они составили погибшими и умершими от болезней более 3000 человек.
Статья была впервые опубликована на сайте WARSPOT. На нашем сайте публикуется с согласия автора. (Прим. редакции).
Поделиться
