Кузьминский железнодорожный мост и судьба Ленинграда
03 октября 2024
3146
Решение об окружении Ленинграда было как частью общих планов руководства нацисткой Германии, так и элементом общей нацисткой политики, которая предусматривала не только ведение боевых действий, но и в последствии использование оккупированной территории СССР. В данном случае окружение служило целям уничтожения местного населения. И оружием для этого должен был служить голод.
Какую роль в общем плане играла возможная переправа через Неву? Доступные документы свидетельствуют, что немецким командованием на уровне Группы армий «Север» до августа 1941 года вопрос о форсировании Невы восточнее Ленинграда не обсуждался.
Окружение Ленинграда, если внимательно посмотреть на документы, выглядело как создание гигантского котла для основной группировки войск Ленинградского фронта и самого города. Это достигалось путем выхода немецких войск на берег Ладоги в районе Шлиссельбурга или восточнее.
Однако начало оперативного окружения произошло гораздо раньше – 20–21 августа, когда противник перекрыл основную линию Октябрьской железной дороги. Железнодорожная ветка на Мгу и далее в направлении на Волховстрой не обладала должной пропускной способностью, поэтому удовлетворить потребности города, фронта и флота она бы никогда не смогла.
В сложившейся ситуации переправа через Неву могла стать ключевым элементом в формировании плотного кольца окружения и обеспечить доступ к восточным районам города. Более того, это могло бы создать условия для возможного соединения с финскими войсками на территории Всеволожского района Ленинградской области.
В течение последней декады августа 1941 г. руководство нацисткой Германии определилось, каким образом следует организовать окружение Ленинграда. В это время немецкие войска уже находились на ближних подступах к Ленинграду: в предполье Красногвардейского укрепленного района уже шли бои. Восточнее, 16-я армия должна была нанести удар на север, чтобы отрезать Ленинград окончательно.
Почти одновременно с тем, как был отдан очередной приказ по Группе армий «Север» на окружение Ленинграда, начальник Верховного командования Вермахта (ОКВ) В. Кейтель отправил Главкому вооруженных сил Финляндии К. Маннергейму предложение, в котором просил продолжать наступление на Карельском перешейке, чтобы финны и немцы соединились восточнее Ленинграда, на правом берегу Невы. Это требовало от ГА «Север» подготовить форсирование Невы, которое для нацистов теперь становилось вопросом престижа. Немцам было крайне необходимо добиться участия финнов в этом наступлении. По некоторым данным, Начальник германского генерального штаба Ф. Гальдер считал, что в случае форсирования Невы и выхода финских и немецких войск к Ленинграду с севера и востока город не продержится и недели.
Финское руководство было довольно пессимистично настроено на свои перспективы продолжать успешно начатое наступление на Карельском перешейке. В результате финская сторона заявила, что на этом участке их войска достигнут линии старой границы (потом задача несколько изменилась и было решено продвинуться дальше). А единственным местом, где финны будут вести активные действия, станет район северо-западнее Ленинграда. И, забегая вперёд, следует отметить, что этот план финны успешно реализовали.
Что касается немцев, то их планы по окружению Ленинграда были конкретизированы в приказе OKХ № 40996/41 от 28 августа 1941 года за подписью начальника штаба Верховного командования сухопутных войск Вермахта Ф. Гальдера. В этом приказе были определены задачи Группы армий «Север». Они заключались в том, чтобы как можно плотнее окружить Ленинград, не принимая капитуляцию города. Наступать на город с использованием пехоты не планировалось. Вместо этого, город должен был подвергаться бомбардировкам и артиллерийским обстрелам, чтобы уничтожить его инфраструктуру. Выход населения из города необходимо было пресекать силой оружия. Также в приказе говорилось о необходимости соединения с финскими войсками.
На основе этого приказа штаб Группы армий «Север» 29 августа 1941 г. отдал свой Приказ на окружение Ленинграда:
«При достижении границы Ленинграда <….> продолжить наступление с целью окружения города. Следующей целью наступления является по-прежнему рубеж между Шлиссельбургом и Ивановским с форсированием Невы и выходом на рубеж Ижора-Детское Село-Пулково-Урицк. В дальнейшем, если будет позволять ситуация, сузить кольцо до рубежа близ Пороховых –Александровское-Купчино-Урицк».
Сам ход боевых действий достаточно хорошо известен: войска 16-й армии ГА «Север» нанесли удар в фактически пустое пространство. Никакого серьезного заслона командование Северо-Западного направления перед ними создать не успело. О некоторых эпизодах будет сказано чуть ниже.
Выполнение всех пунктов приказа по окружению Ленинграда означало быструю гибель города. Стоит отдельно упомянуть о возможных последствиях успешного форсирования Невы, которые могли бы возникнуть даже в случае действий только немецких войск.
Сам по себе переход через Неву и создание плацдарма на правом берегу могли бы привести к катастрофическим последствиям. Это могло бы привести к захвату торфоразработок на территории Всеволожского района или сделать невозможным доставку добытого торфа в Ленинград. То же самое можно сказать и о лесозаготовках. До 1943 года это место было ключевым для энергетики Ленинграда: то относительно небольшое количество торфа, которое могли использовать в осажденном городе, добывалось именно тут.
Таким образом, Ленинград окончательно оставался без источников энергии и с перспективой потери единственной электростанции в пределах блокадного кольца, которая работала и на торфе. Речь идет о 5-й ГЭС в районе Уткиной дачи. Успешное продвижение противника по территории Всеволожского района также приводило бы к невозможности использовать железную дорогу Ленинград – Ладожское озеро для транспортировки грузов.
Таким образом, никакой, даже гипотетической возможности для снабжения города, фронта и флота не оставалось бы. Вдобавок, борьба с немецким плацдармом на правом берегу Невы разом лишала бы Ленинградский фронт возможности выделять резервы на другие участки фронта. А его войска и без того были вытянуты в тонкую линию по периметру обороны. В случае прорыва этой обороны, останавливать противника было бы некем. На Северо-Западном направлении начал маячить призрак еще более страшной катастрофы.
К Неве в районе Ивановского вышли части 20-й моторизованной дивизии XXXIX моторизованного корпуса. Ее же подразделения захватили станцию Мга. Однако, немецкие соединения оказались растянуты на широком фронте от района восточнее Мги до реки Ижора восточнее Павловска. Командование Ленинградского фронта смогло организовать контрмеры, но слишком поздно - немцы были уже на ближних подступах.
Известно, что немцы планировали создать плацдарм на правом берегу в районе единственного железнодорожного моста вне городской черты Ленинграда, т.е. там, где можно было рассчитывать на удобную переправу. Однако после того, как подразделения 20-й моторизованной дивизии ввязались в тяжелые бои за железнодорожную станцию Мга и на берегу реки Тосно восточнее Колпино, командование корпуса запросило подкрепления. В результате сюда перебросили 122-ю пехотную дивизию. Вместе с частями 20-й моторизованной дивизии она должна была вести наступление вдоль левого берега Невы и захватить плацдарм на правом берегу.
Находившийся около деревни Кузьминки железнодорожный мост по праву можно было назвать долгостроем. Ведь строить его начали еще во время Первой Мировой войны, а продолжили и закончили уже в 1940-м, когда стало ясно, что без еще одной железнодорожной переправы во время войны будет затруднительно осуществлять оперативные перевозки через Неву.
В первых числах сентября 1941 г. на правом берегу Невы советское командование развернуло истребительные батальоны. Их личный состав был плохо вооружен и еще хуже обучен. Бойцы имели очень ограниченный запас патронов, так как они получили иностранные винтовки. Более серьезные силы подошли чуть позже. Это была 115-я стрелковая дивизия. Однако после боев на Карельском перешейке она была сильно ослаблена. Полностью была потеряна современная дивизионная артиллерия, в дивизии осталось только два стрелковых полка. Боеспособность ее была относительно низкой.
Конечно, здесь располагались и различные тыловые фронтовые учреждения. Кроме этого, в это же время шло формирование 20-й стрелковой дивизии НКВД, но к 1 сентября 1941 г. между правым берегом Невы и самой городской чертой не были ни заранее подготовленных рубежей обороны, ни войск, способных эту полосу занять. Поэтому все зависело от того, как дела пойдут южнее, на левом берегу. А там 1-я стрелковая дивизия НКВД в течение нескольких дней вела ожесточенные бои на подступах к Мге. Ее бойцы даже смогли окружить часть сил 20-й моторизованной дивизии восточнее Мги.
Только через несколько дней противнику удалось прорваться к ним. Еще один полк находился на берегу Невы и со 2 сентября 1941 г. был переподчинен пребывающей сюда 122-й пехотной дивизии. Именно этим частям была поставлена задача наступать на север и захватить плацдарм на правом берегу Невы.
В различных документах нет ни одного указания, что они успели получить требующиеся для форсирования переправочные средства. Поэтому железнодорожный мост был в этом плане крайне необходим немцам. В конце концов, им нужно было показать своим союзникам финнам еще один серьезный успех и тем самым побудить его к дальнейшим действиям.
Но именно на этом участке прочную оборону держал 1-й стрелковый полк 1-й стрелковой дивизии НКВД, которым командовал майор Александр Иванович Тарашкевич. В течение нескольких дней полк Тарашкевича отбивал атаки противника. К счастью, усилить давление на этом участке противник не смог. 122-я пехотная дивизия была сама в значительной мере скованна действиями войск Ленинградского фронта. Вплоть до полного развала фронта обороны в районе севернее станции Мга, полк Тарашкевича не потерял боеспособности. Он, сохранив значительную часть личного состава, организованно отошел на правый берег по приказу в ночь с 7 на 8 сентября и как раз в этот самый момент переправа через Неву была отложена немецким командованием на более благоприятные времена. Спустя почти год, Тарашкевич был награжден за бои начала сентября 1941 г. Правда, на его наградном кто-то из штабных оставил надпись: «Дела 1941 г. Дела давно минувших дней».
.jpg "Александр Иванович Тарашкевич (на фото в звании подполковника)")
Многочисленные доступные сейчас материалы позволяют сделать вывод, что для срыва планов противника были вполне объективные причины, главной из которых было то, что мост после отхода полка Тарашкевича уже нельзя было использовать по прямому назначению. И вот почему. В районах Ленинградской области южнее Ленинграда заграждением занимались подразделения 11-й отдельной железнодорожной бригады. Часть этих работ выполнил 40-й отдельный восстановительный железнодорожный батальон.
К началу сентября 1941 г. батальон действовал на отдельных участках фронта, частично попал в окружение. По распоряжению командования Ленинградского фронта из его состава была выделена команда подрывников из минно-подрывного взвода лейтенанта Александра Михайловича Шевченко. Они должны были прибыть в район Кузьминки на берегу Невы и подготовить находящийся там мост к взрыву. В составе этой команды, а в ней было всего 11 человек, воевал сержант Александр Петрович Тихомиров. С его слов известно, что они успели заминировать мост и подготовить его к взрыву. Однако, во время последовавшей бомбежки провода были перебиты и пришлось переделывать значительную часть работы. Подрывники ждали до того момента, пока через мост окончательно не перейдут отступавшие части 1-й стрелковой дивизии НКВД. Тогда Тихомиров получил приказ взрывать.
По донесению Шевченко, средний пролет моста был взорван в 1 ч 25 мин 8 сентября. Обнаружив это, командование противника отказалось от форсирования Невы на этом участке до лучших времен. С учетом того, что на Северо-западном направлении в этот момент разворачивалась катастрофа, итогом которой могла стать ситуация под стать Киевскому котлу. Упорная оборона бойцов Тарашкевича, не позволившая противнику быстро прорваться к мосту и последовавший за этим его подрыв стали одними из тех эпизодов, которые не дали этому случиться.
Важно отметить еще несколько моментов в истории самого моста. После 8 сентября активные боевые действия на Неве продолжались. Но уже не на этом участке. Это не значит, что никаких планов использования этой железнодорожной переправы не было. И вот небольшая информация к сведению о советских планах. В течение 1941-1942 гг. задача подготовить ремонт моста была возложена на Восстановительную службу Октябрьской железной дороги, однако из-за нехватки необходимых материалов восстанавливать мост было попросту нечем. Изучение имеющихся документов показывает, что эта задача была отложена на неопределенное время.
Если говорить о тех планах строительства или восстановления коммуникаций, которые были напрямую связаны с готовившимся прорывом блокады, то советскому руководству было важнее наладить перевалку грузов в том месте, где сходились водные пути и имелся уже оборудованный выход железной дороги на правый берег Невы. А таким место был Шлиссельбург, где Новоладожский канал выходил прямо в Неву, а на правом берегу имелась железнодорожная станция.
Следует отметить, что в планах строительства железных дорог, которые предполагалось осуществить после прорыва блокады, существовал проект вывода в район моста у Кузьминок отдельной железнодорожной ветки планируемого к постройке обвода Мгинского железнодорожного узла. Сам проект строительства обвода был в итоге осуществлен в несколько меньшем масштабе, чем планировалось. Это была дорога Шлиссельбург-Поляны, построенная после прорыва блокады в январе-феврале 1943 г.
Когда в 1944 г. немцев отбросили от Ленинграда, то восстановление моста было снова отложено. Ни в планах первой, ни в планах второй очереди об этом не говорилось. Все наличные ресурсы были брошены на решение других задач, за исключением одной. Весной 1944 г. нужно было открывать навигацию через Неву. Поэтому в районе моста велись работы по тралению Невы и очистке фарватера для того. В мае 1944 г. в Ленинград пришел первый пароход после прорыва блокады.
Само же восстановление моста и этой железнодорожной ветки сильно затянулось и только в 1950-е гг. сам мост был восстановлен.
Поделиться
Комментарии
