07 июля 2025
4338
1 ноября 1964 года бомбардировщики ВВС США понесли потери на войне, в которой не участвовали и которую Америка официально ещё не взяла в свои руки. Миномётным обстрелом южновьетнамского аэродрома Бьенхоа была выведена из строя примерно эскадрилья, не успевших выполнить ни одного боевого вылета.
Обстрел авиабазы ночью Хэллоуина-1964 был одной из вех на пути медленного погружения Соединённых Штатов в болото Вьетнамской войны.
Тихоокеанское командование стало рассматривать возможность размещения бомбардировщиков Мартин B-57B «Канберра» в Южном Вьетнаме в первые месяцы 1964 года. Американские советники летали на поршневых T-28 «Троуджен» и B-26 «Инвэйдер», и их было бы неплохо заменить. В марте министр обороны Роберт Макнамара зарезал эту инициативу, распорядившись о замене старых самолётов на чуть более современные штурмовики A-1 «Скайрейдер». На всякий случай две эскадрильи реактивных бомбардировщиков были переброшены поближе к Вьетнаму, на филиппинскую авиабазу Кларк.
Всё изменилось в начале августа. После Тонкинских инцидентов – одного реального и одного воображаемого нападений торпедных катеров Северного Вьетнама на американские эсминцы – было проведено резкое наращивание военной мощи в регионе. Частью реакции стала отправка 36 бомбардировщиков с Филиппин на аэродром Бьенхоа в Южном Вьетнаме. Приказ о срочном развёртывании пришёл во второй половине дня 5 августа. Такое стечение обстоятельств оказалось роковым, поскольку пилотам, в основном не имевшим опыта ночных полётов, пришлось садиться на незнакомом аэродроме в темноте 5/6 августа.
В военной истории встречается феномен, который можно назвать «проклятием боевого дебюта». Применение новейших немецких танков во Второй мировой войне начиналось не самыми блестящими эпизодами. У американцев во Вьетнаме широко известна неудача бомбардировщиков F-111, когда за первый месяц были потеряны три из шести (более точно – из восьми) задействованных самолётов. Не столь описаны, но имели место ранние проблемы палубных бомбардировщиков A-6 «Интрудер». И сюда же подходит начало службы B-57 «Канберра» в Южном Вьетнаме. Первый их год на войне можно назвать «чёрной полосой». Началось всё буквально сразу, в злополучную ночь перелёта из Кларк в Бьенхоа. Два самолёта после посадки столкнулись на ВПП, один из них пошёл под списание. Ещё у одного лопнули шины. Оставшиеся были перенаправлены в соседний Таншоннят, и там при заходе на посадку разбился борт № 53-3870. Причину не установили, не исключалось и сбитие. Он упал в районе под контролем Вьетконга, и все попытки американцев осмотреть место катастрофы были встречены огнём с земли. Останки лётчиков за всю войну так и не вытащили, их нашли только в 1990-е годы. Не совершив ни одного боевого вылета, прибывшие эскадрильи потеряли один самолёт с экипажем, ещё три были повреждены – не лучшее предзнаменование.
Почему Бьенхоа? В 1964-м это был один из трёх аэродромов Южного Вьетнама, способных принимать реактивные самолёты. Он находился примерно в 20 км северо-восточнее Сайгона, рядом располагался штаб южновьетнамского III корпуса, и здесь в июле 1959 года были убиты два американских военных советника – первые боевые потери США в этой войне. На аэродроме базировалось 23-е тактическое крыло ВВС Южного Вьетнама (три эскадрильи A-1H «Скайрейдер») и ряд американских подразделений: 1-я эскадрилья воздушных коммандос ВВС (самолёты A-1E, SC-47), отряд поисково-спасательных вертолётов HH-43 ВВС, 118-я рота десантных вертолётов Армии (вертолёты UH-1B), отряд самолётов-разведчиков U-2 и транспортные DC-130, с которых запускали беспилотники Райан 147 для разведки Китая. Прибывшие 8-я и 13-я бомбардировочные эскадрильи «Канберр» были названы 1-м передовым эшелоном (ADVON 1) 405-го истребительного крыла и находились в подчинении 2-й авиационной дивизии.
.jpg)
Собрав в регионе ударный кулак для возможных действий против Вьетконга и Северного Вьетнама, президент США Линдон Джонсон пока не собирался его использовать. Близились президентские выборы 3 ноября, на которых его противником был республиканец Барри Голдуотер, имевший репутацию «ястреба» и, в частности, заикнувшийся о применении ядерного оружия для дефолиации лесов (!) во Вьетнаме. Джонсону оставалась роль «голубя». 25 сентября на церемонии открытия плотины Юфола в Оклахоме он заявил:
Мы не хотим, чтобы наши американские парни сражались за азиатских парней. Мы не хотим связываться с народом численностью 700 миллионов человек и увязнуть в наземной войне в Азии.
Отсылка к Китаю не случайна – в то время боязнь «второй Кореи» и нового военного противостояния с «китайскими добровольцами» играла значительную роль в решениях администрации США относительно Вьетнама, а фраза «наземная война в Азии» воспринималась как синоним чего-то ужасного. Линдон Джонсон явно не хотел остаться в памяти страны благодаря затяжной наземной войне в Азии.
Соединённые Штаты в 64-м ещё пытались дистанцироваться от вьетнамских событий. Они оказывали помощь правительству Республики Вьетнам в его борьбе против коммунистических инсургентов. Американские вертолёты доставляли южновьетнамских солдат на поле боя, военные советники участвовали в планировании операций и выполняли ударные вылеты (на самолётах с южновьетнамскими опознавательными знаками и «подсоветными» лётчиками на борту в качестве политического балласта). Всё это неизбежно сопровождалось потерями: так, за октябрь 1964 года погибли 28 американцев. Тем не менее, вьетнамская война ещё не стала американской, и Джонсон находился на распутье.
Политические соображения и привели к боевому НЕприменению «Канберр» в тот период. 29 августа командующий силами в Южном Вьетнаме генерал Уильям Уэстморленд рекомендовал Объединённому комитету начальников штабов использовать B-57 и истребители-бомбардировщики F-100 для ударов по Вьетконгу. Глава Тихоокеанского командования адмирал Уллис Грант Шарп заметил по этому поводу:
Мы должны помнить, что использование американских реактивных самолётов против Вьетконга сразу станет очевидным. Это будет шагом на пути эскалации.
До конца года прибывшие в Бьенхоа B-57 не сбросили ни одной бомбы. По всей видимости, их присутствие должно было символизировать несгибаемую волю Соединённых Штатов в поддержке своего союзника; они были дубинкой, выложенной на видном месте. «Канберры» занимались вылетами на так называемую «дорожную разведку». Де-факто это была никакая не разведка, а тренировочные полёты над сельскими районами Южного Вьетнама. Самолёты «демонстрировали флаг» и, наверное, должны были вселять ужас в сердца врагов свободного мира (как показало развитие событий, враги не впечатлились). Пилоты были деморализованы своей бесполезностью, особенно на фоне того, что их соседи в Бьенхоа постоянно совершали боевые вылеты на «Скайрейдерах». Для поддержания духа командование организовало ротацию лётного состава между авиабазами Бьенхоа и Кларк, чтобы каждый экипаж служил в Южном Вьетнаме только одну неделю в месяц, но это не оказало большого эффекта.
.jpg)
Другой проблемой стала безопасность. Объединённый комитет начальников штабов 1 сентября заключил, что защита аэродромов является достаточной. Докладывалось, что южновьетнамское командование отрядило по батальону воздушно-десантных войск на каждый из трёх главных аэродромов. Привлекать наземные войска США для охраны не видели необходимости. В конце месяца начальник штаба ВВС Кёртис Лемей распорядился изучить ситуацию заново, и результаты новой проверки оказались иными. 21 октября 2-я авиационная дивизия уведомляла Тихоокеанское командование ВВС, что оборона аэродромов Бьенхоа и Таншоннят по-прежнему неудовлетворительна. Причина:
Неспособность или нежелание вооружённых сил Южного Вьетнама реализовывать некоторые из данных им рекомендаций, и конфликт интересов, иногда возникающий между ВВС Южного Вьетнама и сухопутной армией.
После устроенного двумя армейскими генералами путча 13 сентября в отношениях между ВВС и сухопутными войсками действительно пролегла трещина. Кроме того, вьетнамцы были себе на уме, и некоторые командиры упорно игнорировали советы американцев (что могло объясняться логикой «это наша война, и мы лучше вас знаем, как её вести», но хватало и простого разгильдяйства). В документах дело выглядело не так плохо: были организованы засады, началась очистка местности от растительности, согласовали план огня артиллерии, запланировали подкрепления из 5-го и 7-го батальонов воздушно-десантных войск, в готовности к вылету дежурили самолёт с осветительными ракетами и вооружённые вертолёты. Реальность была менее радужной. Периметр Бьенхоа охранял недостаточно подготовленный 57-й батальон региональных сил, чей командир получал приказы (часто противоречивые) по крайней мере от четырёх разных начальников. Хотя предпринимались усилия по улучшению его подготовки, американскому советнику в батальоне приходилось работать одновременно примерно в 25 ротах. Бомбардировщики стояли рядами под открытым небом, и журнал «Тайм» потом приводил оправдания американских офицеров, что им, дескать, не хватало местной рабочей силы для заполнения и укладывания мешков с песком. Поскольку в Бьенхоа было очень тесно, в октябре часть B-57 вернули на Филиппины, и в одной монографии ВВС США этот шаг почти с иронией назван единственной продуктивной из принятых мер по защите самолётов.
.jpg)
Вьетконг – формально Национально-освободительная армия Национального фронта освобождения Южного Вьетнама – планировал обстрел Бьенхоа не меньше месяца. Это представлялось как возмездие за события 27 сентября 1964 года в Зёнгшан, деревня Бендинь возле Сайгона, где, по данным коммунистических сил, ударами южновьетнамской авиации и артиллерии было убито свыше 500 мирных жителей. Также акцию хотели приурочить к казни Нгуена Ван Чоя, вьетконговца, планировавшего покушение на министра обороны Макнамару, но не уложились по времени (казнь состоялась 15 октября). Окончательно временем Ч стала ночь на 1 ноября, когда в Южном Вьетнаме отмечался Национальный день– годовщина свержения президента Нго Динь Зьема. Мог иметь значение и фактор американских президентских выборов 3 ноября. Приказ о планировании отдал командир фронта B2 Чан Ван Ча, в будущем один из самых известных на Западе командиров НФОЮВ. В течение октября была разведана местность вокруг базы, проработаны маршруты выдвижения и отхода.
Вечером 31 октября 1964 года отряд артиллерийской группы U80 переправился через реку Донгнай на приготовленных лодках. В официальной истории Вьетнамской народной армии (в английском переводе – «Victory in Vietnam») сказано, что его сопровождали 5-й батальон 2-го полка и проводники-партизаны из деревень Тыонглан и Тантить уезда Винькыу провинции Бьенхоа. 2-й полк – будущий «Донгсоайский», фигурирующий в западных источниках как 272-й полк созданной позднее 9-й дивизии НФОЮВ. Конечно, речь идёт об отдельных подразделениях, целый батальон не мог быть задействован в скрытной операции. Они прибыли на позицию к северу от авиабазы в полутора километрах от диспетчерской вышки (по другим данным, в 2500 ярдах от стоянки бомбардировщиков) и быстро установили трофейные американские 81-мм миномёты – очевидно, M1 или M29. Американцы определили по найденным следам, что миномётов было шесть, а во вьетнамских источниках встречаются упоминания, например, девяти миномётов и двух 75-мм безоткатных орудий. Генерал Уэстморленд потом показывал журналистам корпус неразорвавшейся мины с 1944 годом выпуска. Пресса отмечала, что ранее Вьетконг использовал 81-мм миномёты только в атаках батальонного уровня.
.jpg)
Около 00:26 хэллоуинской ночи начался первый в истории Вьетнамской войны обстрел аэродрома с военными самолётами США (из-за разницы во времени вьетнамцы считают датой атаки 31 октября, примерно 23:30). Он длился порядка 15-30 минут, было выпущено около 70-80 мин по американским данным или около 130 по вьетнамским. Через пять минут защитники базы начали попытки как-то отреагировать. Получалось у них неважно. Глава провинции в ту ночь забрал часть солдат на конвойную операцию. Патрулирование местности оказалось бесполезным, в районе, откуда вёлся обстрел, находились два южновьетнамских патруля, которые «ничего не видели». ВВС стали поднимать дежурную авиацию, при этом один «Скайрейдер» разбился на взлёте, пилот выжил – по свидетельству участника событий, его вытащил из кабины горящего самолёта военнослужащий 118-й вертолётной роты. Два C-47, сбрасывавших осветительные ракеты, задели друг друга в воздухе, но сумели приземлиться. Эффективно ввести в бой подкрепления не представлялось возможным из-за беспорядочной стрельбы артиллерии и ударов штурмовиков и вертолётов вокруг базы.
«Канберры» отчасти спасло то, что они стояли не настолько плотно, как раньше, до возвращения части самолётов на Филиппины. Они были заправлены, загружены боекомплектами 20-мм пушек. Хотя вылеты на бомбардировку не совершались, на стоянке лежали готовые к подвеске 500-фунтовые бомбы. В течение всей ночи американцы убирали бомбы и тушили возникшие пожары. Как минимум двое военнослужащих ВВС (капитан Джон Крэгин и рядовой авиации 1-го класса Мартин Джестер) были награждены за это медалями «Серебряная звезда».
.jpg)
Фрэнк Зипперер, 118-я рота:
Ходил рассказ о том, как один из наших пилотов, уоррент-офицер Кристенсен, попытался отстрелить замок на двери оружейной комнаты из своего [револьвера] .357, и расстрелял всё пространство вокруг замка, крича, что «в кино это всегда срабатывало». Это может быть популярной легендой, но всё равно хорошая история. Я знаю, что ночью все должны были запирать своё оружие на замок, если не дежурили.
Утром, по прошествии более чем шести часов с момента обстрела, три южновьетнамских батальона начали прочёсывание местности. Вьетконговцев и след простыл; они беспрепятственно отошли, и не похоже, чтобы у них были хоть какие-то потери. Базу немедленно посетили посол Максуэлл Тэйлор и главком Уэстморленд. Последний заявил журналистам, что, очевидно, имели место прорехи в безопасности. Пресс-секретарь посольства США в Южном Вьетнаме успокоил прессу, что потери бомбардировщиков не повлияли на американский военный потенциал в регионе, и остающихся самолётов достаточно для решения любой задачи. Между тем, 2 ноября посольство отправило телеграмму в Госдепартамент с замечанием, что «боеспособность B-57 в этой стране была утрачена примерно за 15 минут».
.jpg)
Все четверо погибших американцев были из обслуживающего персонала 118-й роты 145-го авиационного батальона Армии США (которая чудом не понесла никаких потерь в матчасти): рядовые 1-го класса Ричард Бубар и Томас Хэнли, специалисты-4 Рональд О’Киф и Гарри Сиклер. Для полноты следует упомянуть ещё одну жертву, майора Томаса Уитлока, советника в 48-м пехотном полку Армии Республики Вьетнам. Он погиб в тот же день при миномётном обстреле штаба в Тануене к северо-западу от Бьенхоа. Газеты писали, что это случилось через несколько часов после нападения на аэродром и что американские и южновьетнамские источники сомневались в связи между двумя обстрелами; представители НФОЮВ утверждали, что обстрелы были синхронизированы, а в Тануене целью являлась батарея 155-мм орудий. 72 американца получили ранения, как можно понять – 30 серьёзные и 42 лёгкие. У южновьетнамцев погибли 2 и были ранены 5 человек.

С материальным ущербом всё не так просто. Газеты первым делом написали, что 6 бомбардировщиков B-57 уничтожены и 15 повреждены (восемь серьёзно и семь легко) – итого 21. В документах ВВС США приводится немного другая статистика: 6 уничтожено и 13 повреждено. Фотография стоянки «Канберр» после обстрела отчётливо показывает 19 самолётов, включая сгоревшие. Однако генерал Уэстморленд заявил журналистам про 5 потерянных, и в ряде официальных источников фигурируют именно пять, а не шесть. Они и подтверждаются современными данными. Исследователи указывают номера этих пяти самолётов, два из которых сгорели дотла (№ 53-3892, 53-3894) и три списаны как не подлежащие ремонту (№ 52-1555, 53-3914, 53-3924). Все остальные 15 самолётов получили ремонтопригодные повреждения. В сумме 20 «Канберр», и непонятно, как это соотносится с упомянутой фотографией девятнадцати бортов.
Также пострадали поисково-спасательные вертолёты HH-43 «Хаски»: по документам, один уничтожен и 3 повреждены. Современными данными это не подтверждается. Как установил нидерландский исследователь Йохан Рагай, специализирующийся на истории «Хаски», все четыре повреждённых вертолёта вернулись в строй. Причиной ошибки мог стать № 59-1571, пострадавший настолько серьёзно, что его ремонт занял полгода (до мая 1965 года). Возможно, его второпях и записали как безвозвратную потерю. Он продолжал летать. Например, согласно книге Роберта Лапойнта «PJs in Vietnam», 11 июня 1966 года данный вертолёт в десяти вылетах эвакуировал с поля боя 13 раненых солдат.
.jpg)
У южновьетнамцев один «Скайрейдер» разбился на взлёте и сколько-то были повреждены. Максимальная встречающаяся оценка безвозвратных потерь – четыре самолёта. Пишут и про два повреждённых C-47, явно те самые, которые зацепили друг друга в воздухе.
У победителей традиционно своя информация. Газета Вьетнамской народной армии в статье к 60-й годовщине события писала, что при обстреле было уничтожено 59 летательных аппаратов, 2 склада боеприпасов, 1 хранилище горючего, 1 пост наблюдения и 18 казарм, убито и ранено 293 солдата. Издание «Донгнай Онлайн» в статье за 26 января 2014 года ссылалось на сообщение агентства «Рейтер» от 2 ноября 1964 года о том, что всего пострадало 59 летательных аппаратов, из которых 36 были уничтожены, погибли 200 и получили ранения 93 американских солдата без учёта южновьетнамских. В американской прессе (как и в советской «Правде») никаких следов такого сообщения не выявлено. Советские читатели могли узнать из книги «Вооружённая борьба народов Азии за свободу и независимость, 1945-1980», ссылавшейся на австралийского коммунистического автора Уилфреда Бэрчетта, что в Бьенхоа той ночью
Минометно-артиллерийским огнем было выведено из строя 58 самолетов и вертолетов, в том числе уничтожены 21 бомбардировщик B-57, 11 штурмовиков «Скайрейдер» и самолет-разведчик U-2.
.jpg)
Все американские чиновники в регионе – Тэйлор, Уэстморленд, Шарп – и Объединённый комитет начальников штабов ждали приказа о немедленных авиаударах возмездия, и с энтузиазмом принялись выбирать цели. Тэйлор считал, что удар необходимо нанести в течение 48 часов, а предпочтительнее в течение 24, и в нём должны совместно участвовать американо-южновьетнамские силы. Предлагалось, что цель ответа должна быть сопоставимой с Бьенхоа, а поскольку в пределах Южного Вьетнама у коммунистов ничего подходящего не имелось, то оставался аэродром Фукиен/Нойбай в Северном Вьетнаме (единственное место базирования истребителей МиГ-17 на тот момент). ОКНШ готовил ночной налёт 30 стратегических бомбардировщиков B-52 на Фукиен вкупе с ударами по другим аэродромам, нефтехранилищам и казармам. Шарп предлагал очень детализированный план ударов, как, например, по нефтехранилищу в Хайфоне: две волны с участием 24 штурмовиков A-4, 16 истребителей F-4 и 8 бомбардировщиков A-3 с суммарной боевой нагрузкой 96 бомб Mk 81 (250-фунтовые), 32 Mk 82 (500-фунтовые), 64 блока неуправляемых ракет LAU-3 и ещё 96 бомб без указания типа (500-фунтовые, вероятно, старые M64), а также 4800 снарядов к 20-мм авиапушкам. Ожидавшиеся результаты – 90-процентное повреждение ёмкостей и 70-процентное повреждение прочих сооружений.
Все эти генеральские фантазии остались на бумаге. 1 ноября в Белом доме прошла встреча высшего руководства для обсуждения возможных ответных мер. Вторая встреча была запланирована на следующий день, но вместо неё Джонсон улетел в Хьюстон для произнесения финальной предвыборной речи. Естественно и логично, что он не мог устраивать войну на президентские выборы. Кстати, его оппонент Голдуотер заявил, что обстрел Бьенхоа выгоден Джонсону, и коммунисты таким образом хотят оставить его на президентском посту (понять данную логику трудно). В итоге никакой военной реакции не последовало. Как сказал бы председатель Мао, империалисты оказались бумажными тиграми. Бомбить хайфонскую нефтебазу и аэродром Фукиен всё равно пришлось, только впервые это произошло в июне 1966 и октябре 1967 года соответственно, уже при совсем других обстоятельствах.

Единственной публичной реакцией Джонсона стало распоряжение немедленно заменить потерянные самолёты. Это было сделано, несмотря на возникшие проблемы. Серийное производство ударных B-57 закончилось в 1956 году, их выпустили не так много, и часть самолётов уже вывели из эксплуатации. Командованию пришлось «ограбить» ВВС Национальной гвардии Кентукки. Служившие там «Канберры» были раннего выпуска и вместо 20-мм пушек несли 12,7-мм пулемёты, совершенно бесполезные по мнению пилотов. Кроме того, вашингтонская бюрократия сделала то, что любая бюрократия умеет лучше всего: был создан новый бюрократический орган, рабочая группа Совета национальной безопасности под председательством помощника госсекретаря Уильяма Банди, которая должна была формировать дальнейший курс администрации в Юго-Восточной Азии.
Удивительно, что месть за Бьенхоа всё же состоялась, и при полном молчании Америки совершили её южновьетнамцы. Ночью 6/7 ноября командующий ВВС вице-маршал авиации Нгуен Као Ки лично возглавил группу из 32 «Скайрейдеров» в ударах по вьетконговской базе в «военной зоне D» северо-восточнее Бьенхоа, что было представлено именно как ответ на обстрел аэродрома. По заявлению Ки, в ходе восьмичасовой операции они сбросили 120 тонн бомб. Южновьетнамская разведка сообщила, что в результате налёта вьетконговцы потеряли пять сотен человек.

Логичным образом дело дошло до поиска виновных и извлечения уроков. Все претензии выдвигались к южанам. Как уже говорилось, между представителями военно-воздушных сил и армии было плохое взаимодействие. Южновьетнамский командир не считал защиту местности вокруг базы своей ответственностью, хотя получил приказы, говорившие обратное. Вице-маршал авиации Ки признал, что все обвинения справедливы. Он отметил, что ряд американских и южновьетнамских офицеров предлагали создать сеть постов и усилить ночное патрулирование, но этого не было сделано. Из-за политических обстоятельств отвечавший за безопасность командир был сменён, а его преемник мог не знать о прежних рекомендациях.
По итогу с должности сняли командира южновьетнамского 23-го тактического крыла. О наказании кого-либо из американских офицеров ничего не известно. Были серьёзные опасения, что Вьетконг может нанести новый удар, и все понимали, что авиабазы не готовы к его отражению. Журнал «Тайм» с возмущением назвал как минимум часть американского командования вопиюще беспечным и некомпетентным («…revealing at least part of the U.S. command as grossly careless and inept»). Командующий 2-й авиационной дивизией генерал-лейтенант Джозеф Мур приказал «немедленно» начать строительство площадок для рассредоточения самолётов в Бьенхоа, Таншонняте и Дананге… только этот приказ был отдан 11 декабря, через полтора месяца после обстрела.

Одержав решительную победу над Голдуотером, Джонсон поначалу ничего не менял во вьетнамской политике. Всё оставалось по-старому: «Канберры» летали на бессмысленную «разведку», военные советники погибали, южновьетнамцы игнорировали союзников. Например, 15 ноября заместитель Уэстморленда генерал-лейтенант Джон Трокмортон получил обещание от своего вьетнамского коллеги, что на защиту Бьенхоа будут направлены рота региональных сил и рота десантников. Региональная рота действительно появилась, десантников нигде не было. Трокмортон сказал об этом коллеге, тот пообещал разобраться. Оказалось, что роту отправили на недельную операцию, и в ближайшие дни её ожидать не приходилось. В свою очередь, американцы тоже мало что делали. Когда в мае 1965 года в Бьенхоа сдетонировали боеприпасы, B-57 продолжали стоять парадными рядами, капониров по-прежнему не наблюдалось, так что последствия были ещё хуже, чем в ноябре (кстати, фотографии майской катастрофы довольно часто используют для иллюстрации ноябрьского обстрела; их легко отличить хотя бы по огромным столбам чёрного дыма, которых не было в ноябре).
Война всё же заставляет делать выводы и учиться – если не с первого раза, то со второго, с третьего и до бесконечности. Дальнейшие события предоставили множество возможностей для этого. Джонсон не стал отвечать на атаку в Бьенхоа, не стал отвечать и на подрыв Вьетконгом сайгонского отеля «Бринкс» в рождественский сочельник. После того, как очередные удары пришлись по американским объектам в Плейку (где уничтожили несколько вертолётов) и Куинёне, у него закончилось терпение. Маховик эскалации был запущен и коснулся в том числе злополучных «Канберр», 19 февраля 1965 года совершивших свои первые ударные вылеты за полгода пребывания в Южном Вьетнаме.
Судя по американским фото по казармам все же попали, 18 не 18, а 7-8 из них повреждены были.