18 сентября 2026
Как измерять успехи в войне, где обычные критерии победы неприменимы? Американские военные и политики во Вьетнаме решили просто считать убитых солдат противника в надежде, что при достаточной интенсивности убийств у врага когда-нибудь закончится живая сила. Победы путём истощения США не достигли, а сопровождавшие эту методику бесчисленные злоупотребления сделали её одним из символов того, «что пошло не так во Вьетнаме».
«Вы знаете, что мы не считаем трупы», – сказал глава Центрального командования США генерал Томми Фрэнкс в марте 2002 года, отвечая журналистам на вопрос о потерях талибов в операции «Анаконда» в Афганистане. Американские военные не хотели вспоминать эту методику, подсчёт трупов, «body count». Отслуживший артиллеристом во Вьетнаме Фрэнкс прекрасно знал, какие ассоциации с ней связаны. Тени проигранной войны.
Оценка вражеских потерь – древнее занятие летописцев и полководцев. На Вьетнамской войне оно достигло абсолюта. Соединённые Штаты вели в Южном Вьетнаме борьбу с партизанами, а ход таких конфликтов всегда тяжело оценивать. Нельзя прорывать фронт, которого нет, нельзя брать вражеские города, нельзя делать реляции об уничтоженных вражеских танках, самолётах и дивизиях. Динамика совершенно другая: по оценке ЦРУ, в 1967-1968 годах менее одного процента всех операций силами малых подразделений союзников приводили к контакту с противником. А обществу и командованию требуется знать, как продвигается война. Тогда мерилом результативности сделали самое простое, что можно придумать – количество убитых врагов. Считали их по телам. После боя каждый командир должен был доложить начальству, сколько найдено вражеских трупов. Выражаясь словами одного военного советника, «Если вы не можете подсчитать то, что важно, вы делаете важным то, что можете подсчитать».
Такой подход не изобрели на лету; можно сказать, что он лежал в головах генералитета. Ещё в 1961 году Дуглас Пайк, работавший в Информационном управлении США в Сайгоне, заметил, что французы в ходе своей войны убили и ранили более миллиона вьетминевцев, на что председатель Объединённого комитета начальников штабов Лайман Лемницер ответил: «Тогда убили недостаточно. Мы научим их [южновьетнамцев] убивать больше». Научить южан так и не получилось, и американцам пришлось брать эту работу на себя (хотя фальсификацию боди-каунта южане освоили самостоятельно без всяких советов, что описано у Нила Шиэна в «Ярко сияющей лжи»). Такой критерий пришёлся по душе и высшему руководству США. На встрече в Белом Доме 8 апреля 1965 года президент Линдон Джонсон спросил у текущего председателя ОКНШ генерала Эрла Уилера, сколько вьетконговцев убито с момента его последнего визита в Южный Вьетнам. Уилер оказался неготов к ответу. Тогда Джонсон затребовал статистику, сколько противников убито с 1 января, и сколько коммунисты убили [южно]вьетнамцев и американцев. Поддерживал статистический подход и министр обороны Роберт Макнамара, менеджер, уверенно чувствовавший себя в окружении цифр и полагавший, что надо считать всё, что может быть подсчитано. Данные стали собираться и публиковаться.

Потери считались с 1 января 1961 года. В течение всего «американского» периода войны каждый четверг командование сообщало о потерях, своих и вражеских, за предыдущую календарную неделю (в США неделя начинается в воскресенье и заканчивается в субботу). Как пример такой сводки, в четверг 21 декабря 1967 года газеты писали, что за истёкшую неделю (9-15 декабря) во Вьетнаме погибли 187 и получили ранение 932 американца. Южновьетнамская армия доложила о своих потерях: 278 погибших, 179 пропавших без вести и 641 раненый. У противника погибли 1685 человек (это число никогда не разделялось на отдельные потери от войск США, союзников и южновьетнамцев). Остаётся сделать два замечания. Американские потери здесь только боевые, о небоевых сообщалось редко. И в данном случае не сказано о потерях союзных армий (Южной Кореи, Таиланда, Австралии, Новой Зеландии), хотя обычно их количество указывали без разделения по национальностям.
Боди-каунт был не просто набором чисел, а элементом так называемой стратегии истощения, взятой на вооружение американским главкомом Уильямом Уэстморлендом. Суть её заключалась в том, чтобы наносить врагу больше потерь, чем он может восполнить. Она была закреплена в документе, принятом по итогам конференции в Гонолулу (февраль 1966) и фактически являвшимся директивой для Уэстморленда. Среди прочего там предусматривалось истощить к концу [1966] года силы врага как минимум в той степени, в какой он способен восполнять потери. Уэстморленд на пресс-конференции 14 апреля 1967 года объяснял с армейской прямолинейностью: «Мы просто продолжим их обескровливать, пока Ханой не осознает тот факт, что они истощили свою страну до уровня национальной катастрофы на поколения вперёд. Тогда им придётся пересмотреть свою позицию». Замещать потери коммунистические силы могли двумя способами. По «тропе Хо Ши Мина» через Лаос и Камбоджу на Юг шли войска Северного Вьетнама (Вьетнамской народной армии, ВНА). Американцы называли это проникновением/«инфильтрацией», и отслеживали по мере возможности. Оценка «инфильтрации» была одной из главных задач американских разведотрядов на Тропе. Второй способ, использовавшийся силами Вьетконга (Национальный фронт освобождения Южного Вьетнама, НФОЮВ) в Южном Вьетнаме – мобилизация местного населения, добровольная или принудительная (были распространены оба варианта). Имея разведданные о притоке и примерной численности вражеских сил, американское командование сопоставляло это с боди-каунтом и количеством пленных и перебежчиков.

Всё это создавало представление – или иллюзию – о ходе войны. Историк и ветеран Майкл Клодфельтер приводит данные за 1967 год: 101 тысяча человек инфильтрировалась с Севера (в среднем 8400 в месяц), порядка 3500 в месяц вербовал Вьетконг на Юге. Следовательно, чтобы «побеждать», американцам с союзниками следовало убивать или брать в плен более 12 тысяч вражеских солдат ежемесячно. Например, за «результативный» май они насчитали 9842 убитых и 2061 сдавшегося добровольно, согласно июньскому ежемесячному пресс-релизу командования. Хотя с перебежчиками были свои сложности, некоторые из них за время войны до пяти раз меняли сторону. На базах выставлялись плакаты и табло с текущим «счётом трупов» отдельных подразделений. Давление со стороны штабов, требовавших результаты, вело к появлению культа агрессивности. На операции «Уилер» /Wheeler/ осенью 1967 года командир одного батальона 101-й воздушно-десантной дивизии дал своим ротам «боевые» позывные. Рота A у него стала Убийцами / Assassins, рота B – Варварами / Barbarians, рота C – Головорезами / Cutthroats. Он заказал 10 тысяч пиковых тузов, и солдаты оставляли эти игральные карты в районах, где действовали, и на телах врагов, чтобы «обозначить присутствие» и устрашить противника. Описан конкурс на лучший взвод в 1-м батальоне 27-го пехотного полка 25-й пехотной дивизии (1969), где насчитывались очки за результаты. В частности, 10 очков за 100 захваченных фунтов риса, 50 очков за захваченное личное оружие, 100 очков за убитого противника. Вычитались очки за свои потери – 50 за раненого и 500 за погибшего. Действовали поощрения и наказания. Тем, кто имел хороший боди-каунт, могли продлевать увольнительные, а неудачникам грозились отменить отпуски для отдыха и восстановления (R&R). Появлялись свои «рекордсмены». Показатели Джо Хупера, награждённого Медалью Почёта: два срока службы в 101-й воздушно-десантной дивизии, восемь ранений, 115 засчитанных убитых врагов (надо подчеркнуть, что он не был снайпером).

Главная проблема системы боди-каунта заключалась не просто в надёжности, а в правдивости этих цифр. Сомнения присутствовали всегда. В 1968 году американская пресса называла тему подсчёта тел одним из самых длительных споров с момента вступления США в войну. Журналисты громче всех и кричали о фальсификациях. В то же время они сами косвенно способствовали утверждению данного метода. Артур Сильвестр, «говорящая голова» пентагоновской пресс-службы, ещё в октябре 1965 года жаловался в одной телеграмме, что журналисты считали уничтожение вьетконговцев единственной задачей любой операции, и при отсутствии эффектного числа убитых врагов операцию рассматривали как неудачную. В общем, нет боди-каунта – нет результата, есть боди-каунт – он подделан, опытная акула пера всегда найдёт материал для заголовка.
Уэстморленд отрицал какие-либо завышения. В октябре 1967 года он отправил специальные группы во все крупные штабы в Южном Вьетнаме, чтобы они мониторили процесс учёта вражеских потерь. Группы довольно предсказуемо заключили, что учёт был в целом честным. Огромное количество мемуаров подтверждает обратное. По словам полковника Ричарда Смита (командир 9-го полка морской пехоты, 1967-1968), он никогда не видел доклада о боди-каунте, с которым был бы согласен. Бригадный генерал Дуглас Киннард (ветеран трёх войн, два срока службы во Вьетнаме) в 1974 году провёл массовый опрос генералитета, участвовавшего в войне, и получил ответы порядка сотни человек; 61 процент отметил, что боди-каунт был «часто завышенным». Достойны цитирования слова одного из респондентов:
Моя главная головная боль и едва не привела к моей отставке с должности командира дивизии. Они чрезвычайно завышались многими подразделениями, в основном из-за острого интереса со стороны людей типа Макнамары и Уэстморленда. Я содрогаюсь от мысли, сколько наших солдат погибло при подсчёте трупов – напрасные потери.
- Douglas Kinnard. The War Managers. – University Press of New England, 1977.
Методы и количество злоупотреблений были бесчисленными. Всё зависело от командиров, которые в итоге зависели от системы. Кто-то был честнее, кто-то прибыл во Вьетнам ради карьеры.
Казалось, чуть ли не каждый аспект войны был словно создан для того, чтобы испытать на прочность профессиональную честность военных… но именно подсчёт трупов был, возможно, самым порочным – и развращающим – мерилом успеха во всём этом бедламе.
- Lewis Sorley. A Better War: The Unexamined Victories and Final Tragedy of America’s Last Years in Vietnam. – A Harvest Book. Harcourt, Inc., 1999.
Практика подсчёта убитых стремительно разрушала и те остатки нравственных принципов, которые ещё сохранялись у солдат и офицеров армии, одержимой идеей безупречности. Командиры не ставили под сомнение подозрительные цифры, поступавшие от подчинённых подразделений (которые и так понимали, как важно предоставить внушительный счёт), а нередко и сами сознательно завышали показатели, чтобы угодить начальникам, от которых зависела их служебная аттестация, или просто чтобы штаб отстал от них. Иногда число уничтоженных противников просто выдумывали, чтобы скрыть провал операции.
- David H. Hackworth. About Face: The Odyssey of an American Warrior. – Avid Reader Press, 2020.

После битвы в посадочной зоне «Икс-Рэй» / X-Ray в долине Ядранг (ноябрь 1965 года) командир 1-го батальона 7-го кавалерийского полка подполковник Гарольд Мур уменьшил насчитанные его людьми 834 вражеских трупа до 634 (то есть ровно на две сотни), полагая, что первое число слишком большое. Генерал Бенджамин Харрисон, командовавший бригадой 101-й воздушно-десантной дивизии, вспоминал в книге «Hell On A Hill Top» следующий случай. В 1966 году он был командиром 10-го батальона боевой авиации, и его ударные вертолёты уничтожили сколько-то вражеских солдат, число он сам проверил с воздуха. После этого на брифинге в штабе дивизии он услышал, что одна пехотная рота убила сколько-то северовьетнамцев в том самом бою, и не было сказано ни слова о роли вертолётов. Харрисон тогда промолчал, полагая, что такие приписывания нужны пехоте для поднятия боевого духа. Боди-каунт мог использоваться для «оправдания» своих тяжёлых потерь. В той же долине Ядранг в 1967 году 1-й лейтенант Льюис Истерли отчитался о 56 северовьетнамских трупах, найденных на месте боя, в котором была разгромлена рота 4-й пехотной дивизии. По его свидетельству, изданная дивизией официальная история этого боя говорила про 146 найденных тел. На операции «Коронадо» II /Coronado II/ полевой корпус стал требовать доклада о результатах от командира бригады 9-й пехотной дивизии полковника Уильяма Фултона ещё до конца крупного сражения и на ночь глядя. Фултон ответил, что пока не может ничего доложить. За него это сделал штаб дивизии: 256 убитых Ви-Си! На следующий день солдаты в поле насчитали 70. Правда, по допросам пленных и захваченным документам позднее пришли к выводу, что у вьетконговцев погибло 170 человек.

Разные части тела могли засчитываться как отдельные тела. Проведший подробное исследование одного конкретного сражения (при Онгтхань 17 октября 1967 года) журналист Дэвид Маранисс подчёркивал, что был возможен двойной или тройной подсчёт. Сержант видел 11 трупов, рядовой видел 12 – в сумме 23, армейская арифметика. Роджер Полмено летал бортовым стрелком на разведывательном вертолёте OH-6 в 1-й кавалерийской дивизии (аэромобильной), и когда увидел привязанного к дереву уже мёртвого вражеского солдата, то «убил» его восемь раз за день. Командовавший батальоном 9-й пехотной дивизии полковник Джон Кили вспоминал о доведении таких подсчётов до анекдотического уровня. Его батальон за сутки убил четырёх вьетконговцев, соседний батальон – двух. Получив такие доклады, в бригаде творчески объединили 4 и 2 – итого 42 трупа.
В погоне за цифрами некоторые не стеснялись никаких способов. Тактика Вьетконга располагала к этому. В конце октября 1965 года возле Дананга, осматривая убитых при отражении ночной атаки, морские пехотинцы обнаружили тело 13-летнего мальчика, который ранее продавал прохладительные напитки возле баз; при нём были найдены рисунки американских объектов. На войне, где противник был «крестьянином днём и партизаном ночью», в подсчёты включали всех подряд. По мотивам реальных событий рождались классические фразы, вошедшие в мемуары и голливудские фильмы: «Раз мёртвый, значит, вьетконговец», «Кто бежит, тот вьетконговец, кто стоит на месте – тот дисциплинированный вьетконговец». Внутреннее расследование Армии США выявило только в одном округе провинции Биньлонг с января по октябрь 1969 года 14 доказанных случаев, когда вертолётчики открывали огонь по мирным жителям, убив около 30 человек. Разрешение на открытие огня получали у своих контрольных пунктов обманом. Один пилот, служивший в этом районе ещё в 1967 году, свидетельствовал, что вертолёты пролетали над работающими на полях людьми с включёнными сиренами; если кто-то начинал бежать, то становился «законной военной целью». Такая охота могла заканчиваться печально и для вертолётчиков: 18 июня 1970 года один UH-1H из 2-го эскадрона 17-го кавалерийского полка потерпел катастрофу возле Хюэ, выполняя «учебные заходы» на сжигавшего траву крестьянина.
Не в меру агрессивные командиры зарабатывали себе дурную славу. Командуя 9-й пехотной дивизией, генерал-майор Джулиан Юэлл приобрёл репутацию «мясника Дельты». В ходе продолжительной операции «Спиди экспресс» /Speedy Express/ с декабря 1968 по июнь 1969 года в дельте Меконга дивизия записала себе 10 899 уничтоженных противников, потеряв 242 солдата погибшими; критики с подозрением относились к тому, что было захвачено всего 748 единиц оружия. Каким образом дивизия пришла к своим прекрасным показателям? Ну, например, командиры угрожали нерезультативным подразделениям, что их не вернут на базу, пока не будет достигнут «приемлемый» боди-каунт. В дивизии начали практиковаться ночные вылеты на «охоту», когда наблюдатель с прицелом ночного видения находил и помечал трассерами цель, а затем её атаковал ударный вертолёт. Знаменитый Джон Пол Вэнн, гражданский советник в IV корпусе, участвовал в таких вылетах и увидел, что в ряде случаев огонь открывался по чему угодно. В разговоре с Уэстморлендом он назвал ночную охоту на вертолётах худшей тактикой 9-й дивизии. Помощник советника в провинции Бакльеу Джеффри Рекорд наблюдал, как вертолёты атаковали стадо водяных буйволов и пасших их подростков – все убитые, включая животных, были учтены как вьетконговцы. Командир Мобильных речных сил (117-е оперативное соединение) Роберт Сальцер вспоминал об одном комбриге 9-й пехотной, что тот являлся «сверх-фанатиком подсчёта тел. На операции он не говорил ни о чём другом… Огромная часть его тел была гражданскими».
В период «Спиди экспресс» произошёл сюрреалистичный эпизод на базе огневой поддержки «Дэйнджер» /FSB Danger/, описанный «звездой» Вьетнамской войны Дэвидом Хэквортом в мемуарах. Однажды вечером один из его сержантов, снайпер, спросил, почему он грустный, и не связано ли это с низким боди-каунтом в тот день. Хэкворт решил ему подыграть и пожаловался, что за день всего шесть трупов. Воин тут же предложил превратить их в девять… и прицелился из снайперской винтовки в охранявших поблизости мост трёх солдат южновьетнамской армии. Командир указал ему на их принадлежность, а снайпер пожал плечами: «Гук есть гук». В батальоне Хэкворта очень не любили южновьетнамскую армию.
Случайно или нет, 9-я пехотная стала первой американской дивизией, выведенной из Южного Вьетнама. Имя Юэлла активно склоняли журналисты и исследователи, но отчасти это можно объяснить ореолом известности вокруг него. Все знают приснопамятную операцию «Спиди экспресс» 9-й пехотной, никто не обращает особого внимания на операцию «Биллингс» /Billings/ 1-й пехотной (июнь 1967 года), где на 347 уничтоженных вражеских солдат пришлось менее десятка захваченных единиц оружия.

Самый громкий случай рисования вражеских потерь произошёл в «дивизии-неудачнице», 23-й пехотной дивизии «Америкал». Командовавший взводом 2-й лейтенант Уильям Колли-младший вспоминал, как командир их временного батальона подполковник Фрэнк Баркер постоянно спрашивал, какой боди-каунт, и приходилось всё время отвечать ему, что трупов нет и стрелять не в кого, «чарли» неуловимы. 16 марта 1968 года американцы высадились в деревнях Милаи-4 общины Сонгми/Шонми и Микхе-4 общины Колый /Mỹ Lai, Sơn Mỹ; Mỹ Khê, Cổ Lũy/, истребили несколько сотен местных жителей и отрапортовали командованию об уничтожении 128 вьетконговцев. Для двух рот это был очень внушительный результат за день. Успех вошёл в пресс-релизы и попал на страницы газет. В штабах, однако, никакого восторга не ощущалось. По книге Бернда Грейнера «War Without Fronts», на одном дебрифинге относительно 128 убитых вражеских солдат прозвучала ядовитая фраза: «[Вы хотите сказать,] 4 вьетконговца и 124 женщины и ребёнка». Всё это вскрылось спустя полтора года благодаря некоторым свидетелям и журналистам. Армия героическими усилиями «отмыла» всех участников убийства, кроме лейтенанта Колли, которого сперва назначили «козлом отпущения», но потом тоже отмыли.
Подобные истории, хоть и не таких масштабов, происходили ещё много где. 25 февраля 1969 года отряд спецназа ВМС США («тюлени») совершил рейд на деревню Тханьфонг /Thạnh Phong/ в дельте Меконга и убил два десятка местных жителей. Командир отряда Боб Керри отчитался о 21 уничтоженном вьетконговце, за что был награждён медалью «Бронзовая звезда». Керри был заметной личностью, во Вьетнаме он получил ещё и Медаль Почёта, а в мирной жизни занимал ряд политических постов (губернатор штата Небраска и сенатор), так что когда эта история всплыла в 2001 году, то наделала немало шума.
Военно-политическое руководство США, продвигавшее стратегию истощения, как минимум в теории понимало проблемы с боди-каунтом. Уэстморленд в августе 1965 года писал в телеграмме генералу Уилеру, что командование во Вьетнаме считает цифры убитых врагов завышенными и показывающими только общий тренд. Макнамара в середине 1967 года сделал непубличное замечание, что если верить докладам о потерях врага, то северовьетнамская армия уже дважды уничтожена. Аналитики в управлении системного анализа при офисе его помощника тогда же пришли к выводу, что только треть боди-каунта 1966 года может быть как-то подтверждена. Однако наряду с очевидным завышением существовали факторы, в некоторой степени его компенсировавшие. Не все потери и не всегда доступны для учёта.

Порой в официальном боди-каунте трудно сомневаться из-за его «невыгодности». Так, на операции «Оберн» /Auburn/ (зачистка острова Гоной /Gò Nổi/ южнее Дананга, декабрь 1967 – январь 1968) морская пехота потеряла 22 военнослужащих погибшими и заявила всего о 37 убитых противниках. Только теоретически можно было оценить смертность солдат противника от ран, а она была немалой, учитывая скудность оборудования и медикаментов на медицинских пунктах ВНА и НФОЮВ (американские штабисты и разведчики полагали, что на 100 убитых противников приходилось 30-50 умерших от ран и ставших инвалидами). Оставались неизвестными небоевые потери. Например, от малярии вьетнамцы должны были страдать ещё больше, чем американцы, учитывая условия существования и опять-таки уровень полевой медицины. После боя НФОЮВ/ВНА прилагали большие усилия для сбора своих погибших и их оружия, и часто ситуация благоприятствовала этому; нападения на позиции врага обычно происходили ночью, и наутро американцы обнаруживали вокруг своего периметра только следы волочения и крови.
Подсчёт тел не всегда мог проводиться тщательно. Стоит выслушать аргументацию одного из тех, кто проводил в жизнь операцию «Спиди экспресс». Командир 1-й бригады 9-й пехотной дивизии полковник Айра Хант-младший указывал применительно к конкретному бою, что солдаты из боязни мин-ловушек не сходили с троп, и младшие командиры не горели желанием гнать их в опасные места; уже после осмотра американцами поля боя южновьетнамское ополчение обнаружило там два брошенных противником миномёта. Речь о бое при Тханьфу /Thạnh Phú/ (окраина Камышовой равнины в дельте Меконга) 11-12 марта 1969 года, через месяц после которого южновьетнамцы взяли в плен секретаря штаба сражавшегося там батальона 261B основных сил НФОЮВ. По его рассказу, подразделение насчитывало 268 военнослужащих, из которых после сражения остались 95. Таким образом, безвозвратные потери – 173 человека, не учитывая приданный отряд из 30 местных партизан, который погиб полностью. Американцы насчитали 72 трупа и всего 7 единиц оружия; впрочем, Дэвид Хэкворт очень критически отозвался обо всей этой истории. Насчёт вечного несоответствия количества заявленных тел и захваченного оружия следует заметить, что трофейные стволы забирались в качестве сувениров, а некоторые категории персонала НФОЮВ/ВНА и не имели личного оружия – носильщики, члены пулемётных и миномётных расчётов, вооружённые взрывчаткой «сапёры» из штурмовых отрядов.
Часто оставались неясными результаты авиационных ударов и артиллерийских обстрелов, как в случае с имевшим распространение беспокоящим артогнём по ночам. Показательна статистика из рапорта 542-й истребительно-штурмовой эскадрильи морской пехоты за январь 1970 года. До 17 января, когда завершилось её участие в боевых действиях, эскадрилья на истребителях-бомбардировщиках F-4B «Фантом» II выполнила 330 боевых вылетов, сбросила около 1400 бомб (включая 134 напалмовых Mk 77) и выпустила 6720 снарядов 20 мм из подвесных пушечных контейнеров. Среди уничтоженных целей – 15 построек, 23 долговременные огневые точки, три 23-мм зенитных орудия (все три уничтожены одним экипажем в одном вылете), одно 57-мм зенитное орудие, отмечено 24 вторичных взрыва, и так далее. Убито солдат противника – KBMA, «Killed by Marine Air» – один человек. Очевидно, то, что смогли подтвердить. Свои потери – один экипаж из двух лётчиков.
Некоторые командиры контролировали подсчёт радикальными способами, заставляя свои патрули тащить вражеские трупы на базу для подтверждения заявок. Гонсало Балтасар, служивший в разведподразделении 101-й воздушно-десантной дивизии в 1969-1970 годах, наткнулся именно на адепта такой методики. В первом бою его отряд убил одного вьетконговца, после чего отступил к посадочной зоне под сильным огнём. Круживший над ними в вертолёте командир роты (офицеры, отдававшие приказы из вертолётов – бич американской системы управления войсками во Вьетнаме) распорядился доставить ему труп. Балтасар с раздражением вспоминал, как вместе с комвзвода вытащил тело под огнём противника; для него это не имело никакого смысла. Но такая практика была не только у американцев. Утром 16 января 1971 года в засаду патруля 7-го батальона Королевского австралийского полка попал вьетконговский отряд снабжения. Прочёсывание места перестрелки выявило пять трупов, а также семь следов крови (и всего лишь одну единицу стрелкового оружия, трофейную винтовку M16, но много риса и овощей). За убитыми вьетконговцами прилетел вертолёт. Одного из них даже опознали как Чана Ван Кхоа /Trần Văn Khoa/, командира секции военно-политической пропаганды роты района Лонгдат. У австралийцев был свой специфический метод ведения контрпартизанской войны, за который генерал Уэстморленд назвал их «очень неактивными» (мало трупов, мало!).
Так или иначе, маховик системы крутился. Число убитых солдат НФОЮВ/ВНА росло из года в год: 16 тысяч в 1964 (последний год перед началом полномасштабного вмешательства США), 35 тысяч в 1965, 55 тысяч в 1966, 88 тысяч в 1967 году. В середине 1967 года Уэстморленд считал, что критическая точка перелома совсем близка, то есть истощение работает. Он устроил разбирательство с разведкой для искусственного занижения оценки численности вражеских сил. Речь шла о чистой бухгалтерии, какие категории врага учитывать и как вообще можно считать неподсчитываемое, то есть «крестьян днём, партизан ночью». В конце года генерал развернул информационную кампанию, лозунгом которой стала фраза «мы уже видим свет в конце туннеля», сказанная перед журналистами в ходе ноябрьского приезда в США. Через два месяца произошло Тетское наступление, разрушившее все надежды на скорую победу. «Истощённый» противник организовал серию самых массовых атак с начала боевых действий. В 1968-м боди-каунт составил ошеломительные 181 тысячу трупов (Тет и последующие майское и августовское наступления), но это уже едва ли воспринималось кем-то в Америке как показатель прогресса. Пытаясь истощить людские ресурсы врага, генералы и политики истощили терпение своей страны. Ярким подтверждением стал городок Биллсвилл, штат Огайо, появившийся в заголовках новостей в 1969 году, потеряв во Вьетнаме один процент своего населения.

К тому времени в администрации и так накопилось достаточно сомнений. На встрече в Белом Доме 5 декабря 1967 года Макнамара (уже полностью разочаровавшийся в войне и объявивший о скором уходе с поста) заключил:
Войну нельзя выиграть, убивая северовьетнамцев. Её можно выиграть, только защищая южновьетнамцев, чтобы они могли отстраиваться и экономически развиваться для будущего политического противоборства с Северным Вьетнамом.
- 216. Notes of Meeting, Washington, December 5, 1967, 6:02, 7:15 p.m. // FOREIGN RELATIONS OF THE UNITED STATES 1964-1968, Volume XXVII Mainland Southeast Asia; Regional Affairs. – Washington, United States Government Printing Office, 2000.
Понял он это с большим опозданием. Ещё на Гонолульской конференции февраля 1966 года посол в Южном Вьетнаме Генри Кэбот Лодж-младший предупреждал, что можно двадцать лет бить северовьетнамские полки на Центральном нагорье, и это не закончит войну, покуда южновьетнамцы не построят функционирующее государство. В мемуарах Макнамара окончательно покаялся.
Постоянное отслеживание хода боевых действий, что я по-прежнему считаю основополагающим принципом хорошего менеджмента, во Вьетнаме проводилось крайне плохо. И военное руководство, и я сам несем ответственность за этот просчет. Не зная, как следует оценивать результаты войны без линии фронта и открытых сражений, военные пытались использовать для этой цели чисто количественные показатели, такие как потери противника (составление данного показателя получило тогда же дурную известность как «подсчет трупов»), захват вооружения, численность пленных, сбитые самолеты и т. д. Позднее мы поняли, что многие из этих данных или мало о чем говорили, или просто искажали подлинную картину.
- Макнамара Р. Вглядываясь в прошлое: Трагедия и уроки Вьетнама. – М.: Ладомир, 2004.
В июне 1968 года генерала Уэстморленда сменил Крейтон Абрамс, а год спустя новый президент Ричард Никсон объявил свой план «вьетнамизации». США начали медленно уходить из войны, возвращая её в руки южновьетнамцев. Это был фактический отказ от военной победы, и боди-каунт утратил свою прежнюю роль. Генерал Абрамс это сознавал. На встрече командиров 28 февраля 1970 года он пояснял:
Я знаю о боди-каунте, вы знаете – в нём что-то есть, но оно очень далеко от происходящего на этой войне. Да, это нужно делать, я знаю, просто ошибочно считать его главной темой.
- Lewis Sorley. Vietnam Chronicles: The Abrams Tapes, 1968-1972. – Texas Tech University Press, 2004.
Была ли альтернатива подсчёту трупов как главному критерию результативности в войне? Конечно, была. Тот же Абрамс считал важным показателем количество трофейного оружия, и он говорил также о безопасности местного населения. С 1967 года действовала Система оценки деревень (Hamlet Evaluation System). Американские советники ежемесячно давали оценку уровня развития и безопасности вверенных им деревень, ставя баллы от E до A по 18 различным критериям (деревни, считавшиеся под полным контролем противника, не учитывались). Несмотря на субъективность этой системы и опять-таки уязвимость для жонглирования цифрами, она была гораздо ближе к сути противопартизанской войны, контролю над населением, чем метрика убийств. Идея «умиротворения» сельской местности существовала давно, но именно с началом «вьетнамизации» и при Абрамсе ей стали уделять повышенное внимание. Форм её реализации было множество. Например, американские военные медики оказывали медицинскую помощь жителям сельских районов (программа MEDCAP). В мае-июле 1970 года 11-я лёгкая пехотная бригада 23-й пехотной дивизии, ответственная за бойню в Милаи двумя годами ранее, пролечила 14 422 южновьетнамских пациента. Особой темой является программа взводов взаимодействия (Combined Action Program) морской пехоты, когда отделения солдат не просто защищали деревни рука об руку с местным ополчением, а жили там, помогая южновьетнамцам по хозяйству и обучая их.

Финальный парадокс следующий: при всей своей ущербности боди-каунт оказался не настолько уж далёк от истины. Как отмечалось, часть потерь не подлежала учёту, и похоже, что она в самом деле «компенсировала» приписки американской статистики. По данным командования США, на 25 января 1973 года (канун перемирия) число убитых за двенадцать лет солдат НФОЮВ/ВНА составляло 920 692. Сюда нужно добавить 137 тысяч убитых согласно южновьетнамцам за период с «перемирия» и до середины апреля 1975 года. Со стороны НФОЮВ/ВНА это никак не комментировалось, в течение войны они вообще не называли свои потери. Единственным знаменитым исключением стало интервью министра обороны ДРВ Во Нгуена Зиапа/Зяпа итальянской журналистке Ориане Фаллачи в феврале 1969 года. Когда они говорили о потерях США, Фаллачи заметила, что американцы утверждают о полумиллионных потерях коммунистов (официально на 30 января – 438 937 убитых). Зиап коротко ответил: «Довольно точно… Но вернёмся к тому, о чём мы говорили» («That’s quite exact… To get back to what we were saying…»). Конечно, такой невнятный ответ можно широко трактовать, в том числе из-за того, что Северный Вьетнам не признавал участия своей армии в боевых действиях на Юге. Северовьетнамцы потом вручили Фаллачи «одобренный» текст интервью со сглаженными углами, она опубликовала его вместе со своей оригинальной редакцией.
А на двадцатилетие победы в 1995 году все средства массовой информации передали сообщение вьетнамского правительства, что в войне с Америкой погибли 1,1 миллион комбатантов. Позднейшие уточнения показывают, что сюда включены и пропавшие без вести (на 2026 год таковых оставалось около 175 тысяч).
Кстати, у НФОЮВ имелась своя собственная арифметика уничтожения врагов. Существовало звание «Героический истребитель американцев» /Dũng sĩ diệt Mỹ/ за убитых и раненых американских солдат, оно могло присваиваться многократно. Один из тысяч эпизодов: в ночь на 23 февраля 1969 года («пост-Тетское наступление») крупные силы под прикрытием миномётно-ракетного огня атаковали базу 3-й бригады 25-й пехотной дивизии в Заутьенг /Dầu Tiếng/ северо-западнее Сайгона. Обороной с борта вертолёта руководил лично комдив генерал-майор Эллис Уильямсон, и нападение отразили. Подпольное информагентство НФОЮВ «Освобождение» передало 9 июля, что в этом сражении американцы потеряли 800 солдат (в англоязычном сообщении использована туманная формулировка «wiped out»; во многих подобных коммюнике нельзя понять, имеются в виду общие потери или только убитые). Мемориальный проект The Virtual Wall составил поимённый список 13 погибших, в основном из тыловых подразделений.
В историографии боди-каунт остался как одно из темнейших пятен Вьетнамской войны. Его принято ругать как малосодержательную и коррумпированную практику, ведшую к полной дегуманизации боевых действий и к военным преступлениям. Профессиональные историки и исследователи с осторожностью упоминают оценки потерь НФОЮВ/ВНА, подразумевая «вы же понимаете, как это считалось». В целом всю стратегию истощения можно критиковать в том плане, что это не стратегия. Вернее, это крайняя мера после того, как все прочие стратегии потерпели провал: если мы не можем победить врагов, то убьём их всех… когда-нибудь, рано или поздно, наверное. А окончательную черту под темой подводит апокрифическая фраза, приписываемая другой эпохе, но остающаяся вне времени: «Пиши поболе! Чего их, басурман, жалеть?»