30 ноября 2025
2742
F-86 был главным американским истребителем Корейской войны. Победы его пилотов подробно рассмотрены в западной литературе, потерям уделяется гораздо меньше внимания. В этой статье сделана попытка нетипичного анализа потерь – через статистику погибших пилотов, чьи истории обычно остаются на задворках описаний воздушных баталий. Оказывается, что найти её не так просто, поскольку в официальном статистическом сборнике ВВС США она подана в искажённом виде.
Появление истребителей F-86 «Сейбр» в Корее связано с советскими МиГ-15. Командование ВВС США поначалу не собиралось отправлять свои новейшие самолёты на далёкую маленькую войну, и даже временно пересадило несколько эскадрилий с реактивных F-80 на поршневые F-51, более подходившие для театра военных действий в том числе по дальности полёта. Северокорейские ВВС были разгромлены в первый месяц, и с июля до ноября 1950 года американцы господствовали в воздухе. Затем, когда линия фронта уже подходила к китайской границе, в бой неожиданно вступили советские МиГи. Они превосходили по характеристикам практически все американские самолёты, кроме «Сейбров». Теперь командованию всё же пришлось задействовать новейшие истребители, принятые на вооружение менее двух лет назад.
В Корейской войне участвовали пять соединений ВВС США на «Сейбрах»: два крыла истребителей-перехватчиков (4-е и 51-е), два крыла истребителей-бомбардировщиков (8-е и 18-е), одно крыло тактических разведчиков (67-е). Сначала в Южную Корею прибыло 4-е крыло. F-86 совершили первый вылет 15 декабря 1950 года, а 17 декабря впервые встретились с МиГами, сбив одного (майора Якова Ефромеенко). Может показаться удивительным, что за первые почти полгода 4-е крыло потеряло всего двух лётчиков пленными. Частично это объясняется тем, что из-за китайского новогоднего наступления F-86 временно были эвакуированы из Кореи, и регулярные воздушные бои с их участием начались только весной. С декабря 1950 по май 1951 года они совершили порядка 3800 вылетов. Первым погибшим пилотом стал 1-й лейтенант Томас Хэнсон из 336-й эскадрильи истребителей-перехватчиков. Обстоятельства его смерти на аэродроме Сувон 5 июня 1951 года не совсем ясны. По базе данных KORWALD, самолёт № 49-1130 разбился после взлёта, но газета “Раш-Спрингс Газетт” (штат Оклахома) сообщила об адресованном семье Хэнсона письме от командования части, где говорилось, что F-86 не смог оторваться от ВПП и врезался в насыпь. Так или иначе, потеря являлась небоевой. С этим не согласились российский автор Игорь Сейдов и его аргентинский коллега Диего Зампини. На самом деле Хэнсон был подбит в бою 2 июня капитаном Сергеем Крамаренко из 176-го гв. истребительного авиаполка и разбился на посадке («тенденция к оглашению боевых потерь как потерь в результате аварии станет особенно явной в конце войны») – такая версия высказана в их совместной статье «Красные командиры на “Аллее Мигов”» и в книгах Сейдова. Аргументация ими не приведена, и вряд ли они имели доступ к неким секретным документам с «истинными» обстоятельствами потери. Более вероятно другое: 2 июня Крамаренко был засчитан сбитый «Сейбр», но американскими данными такая потеря не подтверждается, поэтому авторы притянули за уши ближайшую к этой дате подтверждаемую потерю и отредактировали её обстоятельства. Даже если бы Хэнсон действительно разбился на повреждённом самолёте в Южной Корее 2 июня, всё равно остаётся вопрос о засчитанном Крамаренко сбитии.

18 июня, в день своего 30-летия, погиб капитан Уильям Кроун. Этот случай широко известен, капитану Серафиму Субботину было присвоено звание Героя Советского Союза за воздушный таран. Как можно понять из описания Субботина, Кроун подбил его МиГ и висел на хвосте; когда советский лётчик выпустил тормозные щитки, пытаясь уменьшить скорость пикирования, Кроун налетел на него и не успел катапультироваться, став первым пилотом F-86, убитым в бою.
Сражения «Сейбров» и МиГов в корейском небе вскоре стали постоянными. До конца года 4-е крыло потеряло в воздушных боях 8 лётчиков погибшими: Уильям Кроун 18 июня, Роберт Лэйер 19 июня, Лоренс Лэйтон 2 сентября, Карл Барнетт 26 сентября, Чарльз Пратт 8 ноября, Чарльз Хог 13 декабря, Уильям Приндл 15 декабря, Уорд Старкуэзер 28 декабря. Один погиб в небоевом происшествии (Томас Хэнсон) и один скончался в плену (Говард Миллер). Советским лётчикам в 1951 году засчитано 236 побед над «Сейбрами» по данным Игоря Сейдова, или же 172 сбитых с 01.11.1950 по 06.12.1951 согласно справке начальника Генштаба С. Штеменко, цитируемой в книге «Корея в огне войны». Нет информации о победах китайцев.
Численное преимущество было на стороне авиации ООН, однако F-86 оставались единственными истребителями, способными эффективно противостоять МиГам, и в таком контексте они уступали противнику. По рапорту генерал-майора Ивана Белова, на 15 сентября 1951 года в 64-м истребительном авиакорпусе насчитывалось 189 самолётов МиГ-15, включая 52 в не участвовавшей на тот момент в боях 151-й истребительной авиадивизии. Американцы на конец месяца имели 105 «Сейбров», включая незадействованные подразделения (очевидно, базирующиеся в Японии), боеготовыми были в среднем 33 самолёта. Во второй половине года американская истребительная группировка получила качественное и количественное усиление. Командование ВВС решило развернуть второе авиакрыло на самолётах новой модификации F-86E, перевооружив базирующееся в Японии 51-е крыло истребителей-перехватчиков с F-80. Оно приступило к выполнению боевых задач 1 декабря, и ровно месяц спустя, в новогодний день 1952 года, потеряло первого лётчика. При возвращении из долгого патрулирования в Сувон у 1-го лейтенанта Джона Логойды частично невыпустилось шасси. Ему пришлось уйти на второй круг, двигатель остановился из-за полной выработки топлива и лейтенант не успел катапультироваться. Описание этой катастрофы есть в мемуарах наблюдавшего её своими глазами Джозефа Кларка («F-86E Sabre vs. Russian MiG-15: Some Korean Air-to-Air War Tales Revisited»). Из-за удалённости «Аллеи МиГов» от аэродромов в Южной Корее «Сейбры» имели малый запас топлива для патрулирования, а расход подвесных топливных баков после появления нового крыла был такими ошеломительным, что они стали дефицитом; многие пилоты при возвращении из вылета отключали двигатель и планировали, садясь на остатках горючего. Что касается Логойды, то интересно заметить, что его родители происходили с украинских земель (девичья фамилия матери – Кривенко).

Пока 51-е крыло втягивалось в рутину войны, в 4-м произошли стремительные взлёт и падение майора Джорджа Дэвиса-младшего. Командир 334-й эскадрильи истребителей-перехватчиков и ас войны на Тихом океане, Дэвис стал официальным героем, равно как и жертвой своего героизма. За три недели в ноябре-декабре 1951 года он одержал 12 воздушных побед, включая три над китайскими бомбардировщиками Ту-2, поддерживавшими высадку десанта на занятый партизанами ООН остров Тэхвадо. Дэвис был очень агрессивным пилотом и метким стрелком. Похоже, что успехи вскружили ему голову; он стал гнаться за увеличением счёта и ощущать себя неуязвимым. Как сообщает Томас Кливер в книге «MiG Alley», в эскадрилье по-тихому заключались пари о том, когда майор не вернётся из вылета, и это случилось 10 февраля 1952 года. Дэвис вёл эскадрилью на прикрытие ударных F-84 в районе Кунури (южная окраина «Аллеи МиГов» в сотне километров от китайской границы). Противника в небе не оказалось. Скорее всего, майор был озабочен тем, что не одерживал побед с декабря. Он наплевал на боевое задание, оторвался от группы и со своим звеном отправился к реке Ялуцзян искать МиГи. По дороге у одного лётчика возникла неисправность кислородной системы, и он с товарищем повернул домой. Упрямый Дэвис в сопровождении ведомого продолжал самовольное «патрулирование», видимо, готовый драться со всем 64-м авиакорпусом. МиГи были найдены, Дэвис вступил в бой, одержал свои последние две победы (единственным свидетелем которых являлся ведомый Уильям Литтлфилд) и ушёл в корейскую землю – остаётся дискуссионным вопрос, кто же тот пилот, что его сбил, Чжан Цзихуэй или Михаил Аверин. Сбитие целого Дэвиса вызвало бурную реакцию китайцев: главком ВВС НОАК Лю Ялоу приказал быстро разобраться, кто одержал знаковую победу, и потом лично доложил результаты расследования Мао Цзэдуну. Вещи погибшего экспонируются в китайских военных музеях.
Для Пентагона потеря ведущего аса была крупной пиар-неприятностью, учитывая ещё и устроенный его вдовой скандал. Как порой случается, ошибки превратили в героизм, и Джордж Дэвис стал одним из всего лишь четырёх военнослужащих Военно-воздушных сил, награждённых в Корее Медалью Почёта. Его счёт побед оставался непревзойдённым более года. Кстати, своей жене он писал, что «Сейбры» уступают МиГам.

В том же феврале произошёл необычный случай 1-го лейтенанта Чарльза Спата. Истории о том, что не все пленные американцы были освобождены после прекращения огня и что часть из них оказалась в Советском Союзе, выглядят как спекуляции – за исключением некоторых, подробно описанных и вызывающих большие вопросы. В воздушном бою 3 февраля 1952 года Спат был подбит, прикрывая своего ведущего (за что его наградили Крестом «За выдающиеся заслуги»), не дотянул до восточного побережья КНДР и катапультировался. По рации он передал, что поломал ногу. Далее его нашли дружественные партизаны из числа забрасывавшихся в тыл коммунистов. Была организована операция по спасению, описанная в мемуарах пилота вертолёта H-19 Гэйла Поултона и в ряде других источников. Наиболее правдоподобной датой её проведения выглядит 20 февраля, хотя встречается также 22 мая (что слишком долго с момента катапультирования). Поултон с самого начала испытывал подозрения. Прибыв в нужный квадрат, он вышел на связь со Спатом и стал задавать ему вопросы, на которые получал уклончивые ответы. Наконец, вертолётчик потребовал объяснения ситуации, на что Спат прямым текстом сообщил, что это ловушка. Операция была тут же прекращена. Лётчик не вернулся из плена, представители коммунистов заявили, что он умер от болезни. Такой случай был не единственным. В 1953 году северокорейцы захватили экипаж сбитого майором Анатолием Карелиным бомбардировщика B-29 № 42-65357 («пятёрка Эшли»), имитировали его освобождение «партизанами» и несколько месяцев пытались водить за нос американцев, которые вскоре всё поняли; никто из пятерых лётчиков не был освобождён после перемирия, их судьба остаётся неизвестной.

Интенсивность воздушных сражений росла, и 15 сентября 1952 года впервые за один день погибли два лётчика. 1-й лейтенант Артур Джонсон разбился при возвращении из боя на подбитом самолёте. Ещё более драматическими были обстоятельства потери 2-го лейтенанта Джо Логана. Он летел ведомым у капитана Джеймса Риснера, будущего аса. Риснер увязался за одним МиГом и преследовал его до самого аэродрома на китайской территории, где тот и разбился (несмотря на запрет командования, американцы часто охотились за советскими истребителями у аэродромов в Китае; почти половина потерь 64-го авиакорпуса за сентябрь произошла от атак противника на взлёте и посадке). Однако самолёт Логана был подбит зенитным огнём и терял топливо. Ему требовалось дотянуть до острова Чходо, где базировалась американская спасательная служба. Риснер попытался помочь ведомому нестандартным способом: приказал остановить двигатель и «толкал» его самолёт своим. Им удалось добраться до Чходо, где Логан сказал: «Встретимся вечером на базе», и катапультировался. Они не встретились; после приводнения Логан запутался в парашюте и захлебнулся.
За 1952 год в Корее погибло втрое больше пилотов F-86, чем за предыдущий – 28 человек. 64-й авиакорпус, по данным его командира в конце войны генерал-лейтенанта Сидора Слюсарева, одержал 315 побед над «Сейбрами», погиб 51 советский лётчик («Корея в огне войны»).

1953-й стал самым кровавым годом для пилотов «Сейбров», даже несмотря на то, что боевые действия длились всего семь месяцев. Количество самолётов на фронте значительно увеличилось после того, как в начале года на новые F-86F были перевооружены 8-е и 18-е истребительно-бомбардировочные крылья. С апреля они приступили к выполнению относительно непривычной для «Сейбров» задачи – ударам по наземным целям (ранее это случалось лишь в качестве экспериментов). Отсюда резкий скачок потерь личного состава. В первые два года войны F-86 использовались в основном как истребители завоевания превосходства в воздухе и как самолёты прикрытия ударных групп, летали на большой высоте и мало подвергались зенитному огню. Теперь ситуация изменилась: истребители-бомбардировщики «спустились вниз» и ежедневно бомбили различные цели, попадая в зону поражения всех вражеских огневых средств. Пока 5-я воздушная армия описывала F-86 как самый подходящий истребитель-бомбардировщик в Корее, лётчики платили цену: за июнь два новых крыла потеряли 9 человек, почти всех – от зенитного огня. До этого в 1951-1952 годах от зениток погибли только двое (Джек Уильямс 27 июня 1952, Джо Логан 15 сентября 1952).
В целом июнь 1953 года забрал больше жизней в подразделениях «Сейбров», чем весь 1951 год (13 летчиков). Интенсивность боевой работы: 7696 вылетов за месяц по сравнению с 1250 вылетами в июне 1951 года.
20 июля, за неделю до прекращения огня, произошли самые тяжёлые однодневные потери всей войны – четверо погибших. 1-го лейтенанта Джона Тиса сбили зенитки. 2-й лейтенант Кеннет Поленске получил смертельные травмы на посадке в Кимпхо из-за отказа двигателя. 2-й лейтенант Джеральд Нотт непонятно как упал в море, проходя на малой высоте над местом приводнения майора Стивена Беттинджера – ставшего в тот день последним американским асом этой войны, но сбитого МиГом и попавшего в плен (по словам Беттинджера, Нотт выполнял всего лишь свой второй вылет). Подробнее стоит описать историю майора Томаса Селлерса. Он был морским пехотинцем, уже выполнил в Корее сотню вылетов на «Пантере» и напросился в 4-е крыло по обмену, надеясь, что это поможет его дальнейшей карьере. Жену он заверял в письмах, что «моя первая амбиция – вернуться домой; вторая – сбить МиГ», и что «я не хватаюсь за ненужные шансы, типа того, чтобы пойти на север от Ялу и поймать МиГи на взлёте-посадке, как делают некоторые парни». Но время шло, Джон Болт (другой морпех, служивший в 51-м крыле по обмену, и друг Селлерса) набивал себе победы, а счёт Тома оставался на нуле. По признанию в письмах жене, он испытывал к себе отвращение. Видимо, это вынудило его пойти на сделку с дьяволом. 20 июля Селлерс реализовал одну свою амбицию и провалил другую, погибнув в воздушном бою возле китайского аэродрома Аньдун… Ему засчитали две победы и посмертно наградили «Серебряной звездой». На 2025 год его страница на веб-сайте Агентства министерства обороны США по учету военнопленных и без вести пропавших продолжала невозмутимо указывать, что самолёт упал «южнее устья реки Ялу».

Довольно много жизней забирали небоевые происшествия. Два заметных случая связаны с погодными условиями. 7 ноября 1952 года пара «Сейбров» 4-го крыла при возвращении с задания в густой облачности влетела в склон горы восточнее Сеула (1-й лейтенант Джозеф Макэлвейн и 2-й лейтенант Джеймс Свенсон). Датой происшествия также указывают 6 ноября, по совокупности источников седьмое представляется более вероятным. 31 мая 1953 года катастрофа потрясла 18-е истребительно-бомбардировочное крыло. Снаряжённое бомбами звено F-86F с позывным «Beer» (67-я эскадрилья использовала названия спиртных напитков в качестве позывных) уже на взлёте из Осана в плохую погоду потеряло своего ведущего, капитана Уолтера «Текса» Бенеке, разбившегося предположительно из-за неправильной установки триммера руля высоты. Оставшиеся лётчики попытались продолжить выполнение задания, а зря. 1-й лейтенант Мэрион Смозермэн утратил ориентировку в облачности и тоже погиб. Вероятно, ситуация стала сильным стрессом для двух оставшихся лётчиков, Тома Варбла и Джона Кармайкла. Они вернулись в Осан и при посадке повредили свои самолёты, но хотя бы выжили (один из повреждённых «Сейбров» был списан, а то и оба). Эскадрилья больше не использовала позывной «Beer». Игорь Сейдов записывает все эти потери на счёт МиГов в бою 29 мая.
Через три дня произошла, вероятно, самая тяжёлая катастрофа F-86 в Корее. 3 июня на аэродроме Кимпхо в первом боевом вылете фоторазведчика RF-86F-30 ведомый пары 1-й лейтенант Эллиотт Сартэйн-младший (15-я тактическая разведывательная эскадрилья) оторвался от ВПП, не набрав достаточно тяги, зацепил строительное оборудование в конце полосы и взорвался. Погибли он сам и трое военнослужащих 811-го инженерно-авиационного батальона Армии США на земле. Выяснилось, что лётчики не были предупреждены об изменившихся взлётных характеристиках новой модификации самолёта, и это привело к ещё нескольким происшествиям в других подразделениях.

Сразу после войны в статистическом сборнике ВВС США было сказано о 218 «Сейбрах», потерянных в Корее по всем причинам (United States Air Force Statistical Digest, Fiscal Year 1953, таблицы 10 и 34) , и ещё 6 потерях вне Кореи в перегоночных и тренировочных вылетах. Потери лётного состава там же определены в 112 человек – 47 погибших и 65 пропавших без вести (таблица 10). Понятно, что это должны быть предварительные данные. Ведь после заключения перемирия и освобождения пленных категория пропавших без вести опустела: все, кто не вернулся, были записаны в погибшие, чьи останки не репатриированы. На самом деле выясняется, что это совсем не предварительные данные, а большая оплошность составителей сборника.
Ключом к пониманию небрежности бухгалтеров ВВС является таблица 72, поквартально расписывающая потери лётчиков в 1951-1954 финансовых годах, или с 1 июля 1950 по 30 июня 1954 года. Но ведь война закончилась 27 июля 1953 года? Нет, говорит таблица, во втором квартале 1954 финансового года (период 1 октября – 31 декабря 1953) погибло 116 лётчиков бомбардировщиков B-26 «Инвэйдер», в то время как за период боевых действий – 83. Каким образом ВВС США стали терять в мирное время больше людей, чем на войне, и зачем вообще эти послевоенные сводки? Объяснение следующее. Для большей части типов самолётов погибшие лётчики указаны во всех четырёх кварталах 1954 финансового года, а пропавшие без вести – только в первом (потому что он включает в себя последний месяц войны), в остальных трёх стоят нули. Это понятно: наступило перемирие, и зачислять в пропавшие больше некого. Кого же тогда остаётся зачислять в погибшие? А как раз тех пропавших, кто не вернулся живым из плена, обычная практика того времени. Например, «Сейбр» 1-го лейтенанта Роберта Ниманна был сбит в воздушном бою над территорией Китая 12 апреля 1953 года, лётчика официально признали погибшим 13 апреля 1954 года. Получается, что до апреля 1954-го он был среди 65 пропавших без вести, а затем перераспределён в 47 погибших. После сложения этих категорий он дважды посчитан в итоговой сумме 112 (которую, как видим, вообще не следовало высчитывать и публиковать, она лишена всякого смысла). Так что 47 – это окончательное число погибших пилотов «Сейбров», и когда оно было получено, пропавших без вести уже оставался ноль.

Исследователь Кеннет Уэррелл по своим собственным данным насчитал 69 погибших, 2 умерших в плену и 28 вернувшихся из плена (книга «Sabres Over MiG Alley», примечание 31 к главе 14). Возникает новый вопрос: как у него получился 71 погибший и умерший, если по статистическому сборнику выходит 47. Скорее всего, сборник показывает только боевые потери, или, правильнее сказать, учтённые как боевые (по каким критериям потери разделяли на боевые и небоевые – уже другая тема).
Советским лётчикам записаны 650 побед над самолётами, опознанными как «Ф-86», и 1 победа над опознанным как «Ф-86-30». Так указано в справке Главного оперативного управления ГШ СА от 3 ноября 1953 г. за подписью генерал-майора Мордвинцева («Корея в огне войны»), а по данным Л. Крылова и Ю. Тепсуркаева (англоязычная книга «Soviet MiG-15 Aces of the Korean War»), пилотам «после всех необходимых подтверждений» было записано 574 победы над F-86. У китайских и северокорейских лётчиков были ещё 181 или 211 побед в зависимости от источника. Также самолёты сбивались зенитным огнём и, разумеется, попадали в небоевые происшествия. Нетрудно посчитать, что при такой арифметике потери F-86 вполне могли достичь 1000 машин. Логично, что количество погибших пилотов должно идти на сотни.

Помимо традиционного завышения побед всеми сторонами, оценка результатов воздушной войны может усложняться и авторскими трактовками. Самую полную картину среди всех опубликованных историй боевой работы советских лётчиков в Корее дают произведения Игоря Сейдова, но его методология вызывает много вопросов. Как пример можно рассмотреть ситуацию с гибелью подполковника Джека Уильямса, командира 15-й тактической разведывательной эскадрильи 67-го тактического разведывательного крыла. 27 июня 1952 года он совершал свой первый вылет на разведчике RF-86F (серийный номер 48-217), задачей было проведение аэрофотосъёмки гидроэлектростанции у озера Чанджин («Чосинское водохранилище»). Летая до этого на менее скоростном RF-80A, Уильямс сделал слишком медленный заход, как свидетельствовал его ведомый, капитан Клайд Восс:
На подлёте к району цели я несколько раз сказал ему увеличить скорость над целью. Затем он совершил одиночный маловысотный проход над плотиной (примерно на высоте 500 футов [150 метров]). Но он летел слишком медленно, и точный зенитный огонь северокорейцев поджёг его самолёт.
- John H. Mahan. «Every Man a Tiger». // Air Power History. – Winter 2003.
Уильямс неудачно покинул подбитый «Сейбр», его останки были эвакуированы вертолётом, и посмертно его наградили медалью «Серебряная звезда». В книге И. Сейдова «“Красные дьяволы” в небе Кореи» сбитие Уильямса отнесено на счёт майора Петра Минервина из 148-го гв. истребительного авиаполка. Причём Сейдов тут же признаёт, что «эта победа почему-то не была записана на счёт Минервина». Более того, прямая цитата воспоминаний Минервина показывает, что он не мог сбить RF-86F. По его словам, в свой день рождения 27 июня он сбил истребитель-бомбардировщик F-84 в 15 километрах восточнее ГЭС Супхун. Расстояние между водохранилищами Супхун и Чанджин несколько менее 200 километров (Чанджин указан как место сбития Уильямса в официальном описании его награды, это озеро находится за пределами «Аллеи МиГов»). Получается, что И. Сейдов без каких-либо пояснений записал Минервину победу, которая не была засчитана и не подтверждается показаниями лётчиков с обеих сторон. Это не единственный такой момент в его работах.
Данная статья написана на основе составленного по различным источникам (Korean War Project, KORWALD, DPAA) поимённого списка погибших в Корее пилотов «Сейбров». Американцев насчитано 66 человек. Сюда входят двое умерших в плену (Говард Миллер, Чарльз Спат). Несколько человек не включены в подсчёт: три погибли в лётных происшествиях в Японии (Конрад Аллард, Лайл Краузе, Роберт Ходж), и четверо из 8-го и 18-го истребительно-бомбардировочных крыльев стали жертвами крупнейшей на тот момент авиакатастрофы в истории 18 июня 1953 года, находясь на борту разбившегося в Японии военно-транспортного самолёта C-124. Самые большие потери понесло 4-е крыло истребителей-перехватчиков, воевавшее дольше всех – 32 человека. Трое погибших командиров эскадрилий: Джордж Дэвис, Джек Уильямс, Феликс Асла. Единственным погибшим асом был Дэвис. Согласно исследователю корпорации RAND Полу Коулу, на 1994 год не были репатриированы останки 41 лётчика. Благодаря документам из Центрального архива Министерства обороны РФ, в мае 2004 года на территории Китая были обнаружены останки капитана Троя Коупа, сбитого в бою 16 сентября 1952 года. С тех пор никаких подвижек в деле поиска останков лётчиков не происходило.

Кроме американцев, на «Сейбрах» в Корее летали пилоты трёх других стран. Погибшие были только у стажировавшихся в подразделениях ВВС США британцев – Джон Болдуин, Грэхэм Халс (33-я потеря в 4-м крыле истребителей-перехватчиков), Джон Кинг. Один из них стал жертвой китайского МиГа, которого перед этим подбил, двое других пропали в ходе вылетов. Уинг-коммандер Болдуин заслуживает особого упоминания, потому что во Второй мировой войне он был самым результативным пилотом на истребителе-бомбардировщике Хокер «Тайфун» (15 личных побед), в Корее результатов не имел. По неясной причине он оторвался от своего звена и исчез при совершении вылета на разведку погоды над КНДР 15 марта 1952 года, что привело к возникновению в том числе конспирологических теорий.
У американцев стажировались также два десятка пилотов Королевских ВВС Канады, их единственной потерей стал один пленный, Энди Маккензи, человек замечательной биографии. В декабре 1943 года ему были засчитаны три победы над немецкими истребителями за полторы минуты. Он стал асом во Второй мировой, но его по ошибке сбили американские зенитчики… и в Корее он тоже был сбит американцами. Из плена его освободили лишь через полтора года после прекращения огня.
В конце войны на F-86 была перевооружена 2-я эскадрилья ВВС Южной Африки (28 пилотов), не имевшая потерь, и уже после завершения боёв 2-й лейтенант Майкл Бота разбился на учениях.

Таким образом, поимённо установлены 69 погибших в Корее по всем причинам пилотов F-86 всех стран (не считая небоевых потерь в тыловой Японии): 66 американцев и 3 британца. Полученная статистика очень близка к данным Кеннета Уэррелла – 71 погибший и умерший в плену. Не удалось определить, почему Уэррелл насчитал на два человека больше, он не публиковал свой собственный список. Потери личного состава на «Сейбрах» значительно меньше, чем на «Мустангах», «Шутинг Старах» и «Тандерджетах» (131, 160 и 98 погибших соответственно, определяемых как боевые потери по статистическому сборнику), поскольку в первой половине войны «Сейбров» было относительно немного, а до 1953 года они применялись как чистые истребители и летали вне зоны поражения ПВО противника. И всё же именно пилоты F-86 вошли в историю как главные герои ВВС США в Корее, ведь в массовом сознании эта воздушная война навсегда «МиГи против Сейбров».