Марк Бонье – воздушный пилигрим

20 января 2023

Людмила Забулис

0

746

Марк Бонье – воздушный пилигрим

Утром 27 июля (9 августа) 1916 года на аэродроме авиационного завода Артура Анатра, рядом со Стрельбищным полем под Одессой производились испытания биплана «Анатра Анаде» - нового детища конструктора Элизэ Декана.

Первым в полет на новом аппарате отправился штатный летчик-испытатель завода подпоручик-француз Жан Робинэ. Он поднял самолет в воздух, за 20 минут набрав высоту в 2000 метров, заглушил мотор и плавно спланировал. Все было отлично: при умеренном ветре в 5,5 метров в секунду, аппарат был устойчив, мотор работал, как часы, и Жан передал эстафету другому пилоту — лейтенанту Марку Бонье: «Все в порядке, дружище! Принимай птичку!»


Марк Бонье 1914 г ("La Vie au grand air")

Марк — высокий, слегка сутулый голубоглазый блондин в очках, эдакий студент-отличник, – на самом деле опытный пилот, настоящая знаменитость. О его перелете из Парижа в Каир перед самой войной трубила вся мировая пресса, да и на фронте он отличился: за два года дослужился от капрала до лейтенанта, награжден Военным крестом и Военной медалью. Теперь вот, прибыл в Россию.

Марк в Одессе лишь пару дней, но уже бывал здесь в 1913-м, по пути на Ближний Восток, и его тут знают и помнят.

Бонье и Робинэ – старые товарищи, знакомы еще по учебе в школе Соммера в Мурмелоне, даже получили дипломы пилотов в один и тот же день. Теперь снова вместе. Марк, конечно, рвался на фронт, но командование зрешило, что такому опытному пилоту нужно поручить испытание новых самолетов, а Жан, со своей стороны, горяче рекомендовал старого приятеля. Бонье – прекрасный пилот и парень отличный, с ним им с Анри Жоффрэ будет намного легче, да и веселее. Марк великолепный рассказчик, а повидал он столько интересного, что мог бы и книгу написать.

Марк плавно поднял аэроплан в небо, на 24-й минуте выключил мотор и стал планировать, кружа над аэродромом. Завершив последний круг, он развернул самолет против усиливающегося ветра. Вдруг, аппарат стал терять высоту, летчик пытается выровнять машину, чтобы дотянуть до аэродрома, но, когда до него оставалось совсем немного, не более 800 метров, самолет пошел носом вниз. Удар о землю, и аэроплан разлетелся на куски... Летчик-испытатель погиб на месте...

Золотой мальчик

Марк Бонье родился 19 февраля 1887 года, в половине 12 ночи, в Париже, в престижном 8-м округе, на ул. де Бернули (rue de Bernouilli), в семье Луи Бонье и Изабель Декуши. Мальчик рос в артистической среде: в доме его родителей, на рю де Берлин, 31, куда семья переехала в 1895 году, часто бывали известные художники и маститые писатели, стены дома украшали полотна художников-импрессионистов и пуэнталистов — друзей его отца и деда.
Луи Бернар Бонье, отец Марка, - известный архитектор, был главным архитектором департамента парков мэрии столицы, занимался тем, что тогда еще не называлось «градостроительство». Он был архитектором Salon de l'Art Nouveau, спроектированного Самуэлем Бингом в 1895 году, а для Всемирной выставки 1900 года разработал знаменитый земной шар, по заказу географа-анархиста Элизе Реклю.


Архитектор Луи Бонье, отец Марка

Впрочем, в этой семье были талантливы все: отец Изабель, дед Марка, Жан Декуши, тоже был известным архитектором, а брат, дядя Марка – Фернан Декуши — художником-импрессионистом, другом Луи Бонье.

Марк и два его старших брата, Жан и Жак, воспитывались в атмосфере искусства, много читали, учились музыке и живописи, путешествовали вместе с родителями, впитывая передовые идеи того времени.

Жан и Жак Бонье пошли по стопам отца и деда: оба поступили учиться в Высшую Школу Изящных искусств (École nationale supérieure des Beaux-Arts). Первый стал художником-декоратором, а второй — архитектором. Марк же выбрал факультет права престижной Высшей школы политических наук (L'école des sciences politiques) и собирался стать дипломатом.

Как студент, он получил по закону отсрочку от армейской службы на год и, сдав экзамены на первую степень, 1 октября 1908 года был призван в армию. Воспитанный патриотом, Марк и не думал отказываться от службы, хотя сильная близорукость (-8!!!), предоставляла ему такую возможность. Через неделю солдат Бонье явился в полк. Служил вчерашний студент в 1-м Инженерном полку в Версале, под Парижем. Демобилизовавшись в конце октября 1910 года, он должен был продолжить учебу, чтобы получить степень магистра международного права.

Образованный, начитанный, интеллигентный юноша, с прекрасными манерами, он наверняка преуспел бы на этом поприще, если бы не страсть к полетам, которая захватила Марка, как и многих его сверстников. Во время службы, Бонье, абсолютный гуманитарий, далекий от техники, всерьез увлекся зарождающейся авиацией и отправился учиться в авиашколу в Мурмелоне.

Едва получив диплом гражданского пилота, Марк начал испытывать самолеты и участвовать в воздушных рейдах, устанавливая все новые и новые рекорды.

В декабре 1910 года молодой пилот участвует в своих первых испытаниях — летает на моноплане «Антуанет VI» (Antoinette VI) конструктора Леона Левавассера. Через пару лет он станет главным пилотом школы Нюпора (Nieuport).

Первая гонка

Но, самой большой любовью Марка стали не испытания, а воздущные путешествия, хотя начало его карьеры воздушного рейдера не было блестящим.

В мае 1911 года он решил принять участие в перелете «Париж-Мадрид», правда, в качестве второго пилота — так как завершил обучение лишь несколько месяцев назад. Пилотировал аэроплан его приятель, Эмиль Трейн.

Авиагонку финансировала популярная газета Le Petit Parisien. Объявленный приз, в размере 200 000 франков, был фактически общим призовым фондом: первые три пилота разделили 50 000 франков, остальные достались командам. В гонке собирался принять участие 21 авиатор.

Маршрут был выбран сложный и рискованный и состоял из трех продолжительных этапов. Гонка стартовала 21 мая, на рассвете. Первый этап, 400 км от Исси-ле-Мулино до Ангулема (Шаранта), которые участники должны пройти за семь часов; второй — Ангулем-Сан-Себастьян (Испания), длиной 335 км, стартовал утром 23 мая. На этот этап, в обход Пиренеев, отводилось шесть часов полета; и третий – Сан-Себастьян-Мадрид, стартовавший 25 мая, в 6 утра. Эта часть гонки была самой продолжительной - 620 км, предлагалось преодолеть менее чем за одиннадцать часов. В общей сложности 24 часа фактического полета!

Но, молодому экипажу не повезло: гонка началась с трагедии. Аэропланы были перегружены топливом и с трудом отрывались от земли. Эмиль Трейн, вместе с Марком Бонье, в качестве пассажира, пытаясь оторвать аэроплан от земли, врезались в зрительские трибуны, несколько человек, в том числе и один ребенок, получили серьезные травмы, а военный министр Франции Морис Берто погиб на месте. Берто, занявший этот пост только 2 марта 1911 года, прибыл в Исси-ле-Мулино, чтобы приветствовать французских летчиков и стал жертвой несчастного случая. Толпа прорвала преграду и хлынула на поле. Жандармы бросились со всех сторон, чтобы попытаться сдержать ее. Гонка была остановлена: только шесть пилотов смогли стартовать до этого.

Финишировать смог только Жюль Ведрин. Он преодолел 1360 км между Парижем и Мадридом за пятнадцать часов со средней скоростью 80 км/ч.

Но, первая неудача не остановила Марка Бонье – уже через два с половиной года он бросит вызов нынешнему победителю, легендарному чемпиону Жюлю Ведрину в гонке Париж-Каир.


Рейд "Париж-Мадрид" 1 - г-да Берто, Мони, Блерио, Дёч де ла Мёр незадолго до трагедии; 2- Эмиль Трэйн, пилот 3- Марк Бонье, 4-моноплан Трэйна после аврии (L'Aérophile)

За это время он набрался опыта и поучаствовал в нескольких рейдах, отправляясь в путь при каждом удобном случае.

В путешествиях его часто сопровождала жена Марта. Нет, конечно, она не летала в далекие путешествия вместе с мужем, а следовала по его маршруту. Все друзья Марка восхищались Мартой, всецело поддерживавшей мужа в его авантюрах и разделявшей его интересы. Редкое явление и в наше время, согласитесь.

Марта Русси и Марк Бонье поженились 23 июля 1912 года в мэрии 8-го округа Парижа, а 26-го состоялось венчание в церкви Сен-Луи д'Антэн.

Отец Марты, Жорж Русси, был коллегой и другом отца Марка и занимал должность главного архитектора департамента Сена.

Семьи тесно общались и породнились между собой. Старший брат Марка, Жак Бонье, женился на младшей из сестер, Жоржет, а Марк – на старшей. Несмотря на то, что между ними была по тем временам значительная разница в возрасте, - Марта была старше мужа почти на шесть лет, у них было много общего, и они составили прекрасную и яркую пару.  Их свадьба стала громким светским событием Парижа, о ней сообщали практически все столичные газеты: «Вчера, в полдень, в церкви Сен-Луи д'Антэн состоялось венчание Марка Бонье, шеф-пилота школы Ньюпор, сына архитектора Луи Бонье, Офицера Ордена Почетного Легиона и мадмуазель Марты Русси, дочери главного архитектора департамента Сена.»


Марта Русси, 1909 г (портрет работы Мориса Дени)

Дорога в Иерусалим

Осенью 1913 года популярная газета Le Matin, совместно с Французским Авиационным союзом учредили приз авиатору, который примет вызов «испытать возможность путешествия по воздуху на большие расстояния» и попытается преодолеть 3500 миль (5600 км) от Парижа до Каира.

Полет отважных авиаторов должен был пройти через Центральную Европу, юг России и Балканы, а затем следовало пересечь Турцию, с посадкой в Константинополе. Затем им предстояла нелегкая задача пролететь над Таврскими хребтами на юге Турции на высоте 10000 футов (3000 м). На последнем этапе их ждала схватка с жарой и пылью Ближнего Востока на протяжении последних 500 миль (800 км) до столицы Египта. Конечно, в конце ноября-начале декабря она не столь ужасающа, как в июле и августе, но, тем не менее.

Гонка осложнялась еще и политической обстановкой – в конце 1913 года в Европе и на Ближнем Востоке было неспокойно.

Поучаствовать в опасном, но увлекательном путешествии вызвались пятеро летчиков на трех самолетах: Жюль Ведрин на Блерио, Пьер Дакур с механиком Жаком Ру на моноплане Borel и Марк Бонье с механиком Жозефом Барнье на Ньюпор.

У Марка появился шанс поучаствовать в очень опасном путешествии. Естественно, Марта поддержала мужа и отправилась в Каир, чтобы встретить его на финише.

Первый экипаж потерпел неудачу — Пьер Докур, отправив механика добираться до следующего пункта назначения поездом, потерпел аварию в горах Турции 26 ноября 1913 года, и его машина полностью сгорела. К счастью, пилот серьезно не пострадал. Экипаж продолжил гонку через несколько дней, но его соперники были уже далеко впереди.

Марк Боннье и Жозефом Барнье стартовали 10 ноября 1913 года, пытаясь улететь как можно дальше на восток. Приятели сначала шли последними и уже подумывали изменить маршрут и совершить кругосветное путешествие в одиночку. Однако, как только до них дошло известие о катастрофе Дакура в Турции, их шансы на победу возросли, и парни продолжили полет в Каир. Они летели на Моноплане Nieuport с двигателем Gnôme в 80 л.с. Их маршрут точно следовал тому, который проложили Дакур и Ру, и к 5 декабря они прибыли в Константинополь. Однако у них возникли технические неполадки в пути, и им пришлось остановиться на некоторое время для ремонта. Теперь эту пару преследовал одинокий соперник, очень опытный гонщик Жюль Ведрин. В отличие от молодых сорвиголов, желавших славы и приключений, Ведрина интересовала практическая сторона дела: испытание аэроплана по заказу фирмы Блерио и солидный денежный приз.

Задержка в пути и осмотр достопримечательностей дорого обошлись Марку и Жозефу, но их это нисколько не огорчало — они наслаждались открытиями, фотографировали все, что находили интересным, общались с местными жителями. Не удивительно, что Перевал Адана («Киликийские ворота») через Таврские горы был достигнут ими только 31 декабря. Ведрин в этот день уже приземлился в песках Яффо, в окрестностях молодого поселения Тель-Авив.

Ему, правда, тоже не повезло — он заблудился в пути, пропустив место запланированной посадки на поле сельскохозяйственной школы «Микве Исраэль» (сейчас окраина г. Холон, Израиль) и при приземлении сломал шасси. Из-за этого досадного происшествия Ведрину пришлось хоть в чем-то уступить пальму первенства своим молодым соперникам: они стали первыми летчиками, посетившими Иерусалим.


Марк Бонье и Жозеф Барнье в Иерусалиме, 31 декабря 1913 г. (почтовая открытка 1913 г.)

Надо сказать, что, после того, как Жюль Ведрин, обещавший непременно сесть в Святом городе, от этой затеи отказался, их прилета никто не ожидал.

Всё произошло настолько внезапно, что не было времени подготовить площадку для посадки. Экипажу пришлось прямо на лету присматривать себе место для приземления, что в гористом Иерусалиме совсем непросто. В конце-концов Ньюпор приземлился недалеко от монастыря Клариссанок. Явление аэроплана произвело настоящий фурор: сбежалась целая толпа. Кого там только не было: от пастухов-бедуинов, ученицы школы Эвелин Ротшильд до работников соседней типографии! Зеваки чуть не смяли аэроплан вместе с пилотами, и оттоманской полиции с огромным трудом удалось их остановить.

Церковь, естественно, тоже не осталась в стороне от эпохального события: настоятель францисканского монастыря Санта-Анны, аббат Долле, примчавшийся со своими монахами встречать соотечественников, поспешил заявить, что "для него высокая честь принять первых в истории воздушных пилигримов".

На осмотр города у «паломников» остались считанные часы поэтому утром, быстро осмотрев Храмовую гору и Санта Анну они вернулись на место посадки. Но, народу сбежалось еще больше, чем при прилете. Толпу с трудом растолкали, аэроплан поднялся в воздух и взял курс на Каир.


Марк Бонье и Жозеф Барнье в Иерусалиме, Монастырь Сент-Анн. ("La Vie au grand air")

Так местная газета на иврите «Ха-херут» описывает явление двух первых аэропланов в небе Эрец-Исраэль:

 «Один прилетел в Яффу из Стамбула, второй – в Иерусалим из Бейрута, с пилотом г-ном Бонье и пассажиром г-ном Бернье.<...> Весьма дивным было видение, когда аэроплан совершил круг над городом. Издали казался он черным коршуном с длинными крылами, когда же снизился, совершенно приобрел форму пчелы. И действительно, аэроплан сей назван l’abelle.

Вчера поутру улицы Иерусалима почти совсем опустели. Тысячи людей, кто пешком, кто в экипаже, а кто верхом, прибыли в долину Бака, чтобы лицезреть вылет французов из нашего города. Еще до восхода солнца там собралась большая толпа народа. В половине девятого пилоты оделись в специальные одежды и покрыли головы шлемами, спускавшимися до плеч, и после того, как аэроплан был заправлен бензином, он начал двигаться по земле и ровно в восемь часов сорок минут, под гром аплодисментов, мощным рывком вознесся над землей, оглашая окрестности громким ревом моторов. Оркестр заиграл французский национальный гимн, и вся публика замерла в восхищении величественным зрелищем взлета. Постепенно аэроплан набрал высоту и направил свой полет в сторону Вифлеема. Присутствующие не расходились и не двигались с места, несмотря на страшную тесноту и крики конных стражников, пытавшихся силой разогнать толпу, покуда аэроплан не скрылся из виду.»

Марк Бонье и Жозеф Барнье в Иерусалиме перед вылетом в Каир. ("La Miroir")

Когда экипаж наконец достиг Каира, 1 января 1914 года, то обнаружил, что Ведрин опередили их на три дня. Известного рекордсмена уже объявили победителем гонки, а на обратном пути -  тоже сел в Иерусалиме. Но, это обстоятельство нисколько не огорчило «воздушных пилигримов»: об их перелете писали все газеты, их портреты не сходили с первых полос, а что нужно настоящему «рыцарю неба», кроме как немного славы?

Прием в Париже в честь Марка Бонье и Жозефа Барнье, по возвращению из Каира. ("La Vie au grand air")

Вернувшись из Каира, 3 марта 1914 года, Марк начал публиковать свои впечатления о захватывающем путешествии и многочисленные снимки, сделанные в экзотических странах и во время полета Жозефом Барнье. Их фотографии поистине были уникальны: первые виды Святой Земли и египетских пирамид с высоты птичьего полета произвели сенсацию. Французские и иностранные издания на перебой печатали уникальные фотографии, а журналы мод – фотографии Марты Бонье в элегантных нарядах на фоне египетских храмов и ее впечатления о Ближнем Востоке.

Мадам наслаждалась славой супруга, а он подумывал написать книгу о своем воздушном паломничестве. Об этом ему бесконечно твердили друзья, восхищаясь его письмами, которые он писал из своих странствий. Но, планам не суждено было осуществиться: 2 августа 1914 года была объявлена всеобщая мобилизация – началась Первая Мировая война. В порыве патриотизма французы крушили немецкие магазины, всему немецкому была объявлена беспощадная война, реваншистские настроения овладели нацией. Даже улицу, на которой жили родители Марка, рю де Берлин, оперативно переименовали в рю де Льеж, в поддержку пострадавшей Бельгии.

На войне, как на войне...

27-летний Марк, как и другие знаменитые пилоты-спортсмены: Адольф Пегу, Марсель Бриндежон де Мулинэ, его недавний соперник Жюль Ведрин, надел форму военного летчика. Марк был вызван из резерва почти сразу после возвращения из Египта – обстановка была тревожной. Бонье направили в авиашколу в Шалоне, где 4 апреля 1914 он получил бреве военного пилота за номером 431 (выдано 24 апреля 1914 г.)

 1 августа Марка Бонье произвели в капралы, а с 31 октября направили служить на границу с Бельгией, в эскадрилью VB 102 первой бомбардировочной группы GB1. Группа состояла из нескольких эскадрилий, оснащенных аэропланами Вуазен. Бонье был универсальным пилотом: летал на аэропланах различных моделей и быстро осваивал новые. В VB102 Марк летал на трех различных аппаратах, и в одиночку, и с летчиками-наблюдателями. Совершал воздушные разведки в тыл врага, участвовал в бомбардировках. Жак Бонье, старший брат Марка, служил в фотоотделении той же эскадрильи и иногда летал с братом, в качестве летчика-наблюдателя.


Марк Бонье, пилот эскадрильи VB102 и его наблюдатель, капитан До-Ю-ВИ, 1915 г., аэродром в Мальзевиль возле Нанси.

Уже в ноябре Марк Бонье был произведен в сержанты, а 27 января 1915 года - в аджюданы. Марки на фронте стал героем: за воздушные разведки он был удостоен Военного Креста. Его участие в рейдах на Карлсруэ, Штутгарт и Людвигсхафен было отмечено цитатой в приказе по 4-й армии: «Замечательный летчик, проявивший во время боевых действий смелость, энергию и хладнокровие, которые принесли ему блестящую репутацию еще в мирное время. Проводил многочисленные и дерзкие бомбардировки за линией фронта и особенно отличился во время операций в Шампани, где, несмотря на тяжелые атмосферные условия, он выпустил по объектам противника многочисленные бомбы всех калибров с отменной результативностью. Несколько раз его самолет задевали вражеские снаряды. Всегда готов к выполнению самых опасных задач. В частности, при многочисленных бомбардировках военных объектов и позиций противника. Более 123 часов полета над расположением войск противника» и Военной медалью (приказ от 2 мая 1915 г).


Бомбардировочная группа GB1 после налета на заводы в Людвигсхафене 27 мая 1915 г. (Марк Бонье сидит третий слева в нижнем ряду (La Guerre aérienne illustrée))

За время службы в эскадрилье, Марк не прекращал повышать свою квалификацию пилота: стажировался на новых аппаратах Ньюпора и самолете Капрони, на базе GDE в Лион-Брон. С 20 сентября Марка Бонье произвели в младшие лейтенанты (су-лейтенанты), на временной основе. Военное начальство не оставило без внимания успехи «универсального пилота» и назначили в приемную комиссию самолетов, а с 7 декабря 1915 прикрепили GDE в Плесси-Бельвиль, в качестве испытателя новых аэропланов и инструктора.

Если командование такое положение дел устраивало абсолютно, то Бонье рвался на фронт, жалуясь в письмах друзьям и засыпая командование рапортами, с просьбами отправить его в действующую армию. Неугомонная натура Марка жаждала подвигов. Товарищи по эскадрилье совершают дерзкие налеты на позиции бошей, а он должен отсиживаться в тылу?!

Наконец, в начале 1916 года подвернулся долгожданный случай: по просьбе российских союзников было решено сформировать отряд летчиков для отправки на Восточный фронт. Отряд должен был состоять из 10 пилотов, имеющих опыт в боевой авиации и инструктаже на разных типах аэропланов и 10 летчиков-наблюдателей, владеющих навыками бомбардировки, корректировки артиллерийского огня по беспроволочному телеграфу и стрельбой из пулемета. Кроме того, для обслуживания аппаратов направлялись 10 механиков из рядового состава. Отбор производился из добровольцев и Марк Бонье стал «добровольцем номер 1». Он идеально подходил для этой миссии: опыт пилотирования различных аэропланов более 5 лет, почти два года на фронте, испытательные полеты, опыт инструктажа и, кроме того, прекрасное образование и знание иностранных языков. Командование дало добро. Марк развил бурную деятельность: уговаривал товарищей присоединиться к миссии, воодушевляя их своим энтузиазмом и природным обаянием, а сам начал срочно учить русский язык.

На Восточном фронте без перемен

После трехнедельной подготовки на базе Лион-Брон, 21 апреля 1916 года новый отряд отбыл в Россию на крессере «Шампань». Марк был в восторге: снова в путь, полный опасностей, а впереди, конечно новые приключения и подвиги. Да еще и компания подобралась отличная: Марсель Пайетт – не меньшая знаменитость, чем сам Марк, Эдвардс Пульпе — латыш, кавалер ордена Почетного Легиона, герой Вердена, настоящий ас, Анри Муташ – первоклассный военный летчик, бывший инструктор лучшей школы высшего пилотажа в По, Эмиль Стрибик – один из самых молодых пилотов в отряде, но уже имеющий на своем счету два сбитых боша... Кроме того и товарищ по VB102, летнаб Раймон Бернэ, и старый друг-механик, верный «оруженосец» Жозеф Барнье, тоже едут с ним. Что может быть лучше? La vie est belle, le mond est beau...

28 апреля отряд, под командованием военного летчика майора Анри Бержэ, прибыл в порт Александровск, а через сутки высадился в Архангельске. Затем  через Вологду, Петроград и Москву прибыл в Киев. По пути их ждали встречи с русскими авиаторами, приемы, спектакли и званые обеды, устроенные в их честь, где произносились бесконечные пламенные речи о «нерушимом союзе». Отряд принимали в и авиационной школе в Гатчине, и на заводе «Дукс» в Москве. В Киеве их встречал сам Великий Князь Александр Михайлович, в их честь был устроен званный обед и галла-концерт в городском театре. Но, праздники, как правило, имеют свойство заканчиваться: по приказу Великого Князя отряд был расформирован, капитана Бержэ оставили в Киеве, а летчиков и механиков отправили по фронтам в русские авиаотряды.


Марк Бонье в форме поручика РВФ (рисунок Жака Бонье)


По началу Марка Бонье, как опытного инструктора, распределили в Одесскую авиашколу, но там не оказалось вакантного места. Затем, вместе с Морисом Бонно, Альбером Гошэ, Анри Муташем, Жаном де Люберсаком и Анри Лораном распределили на Северный фронт, в 5-й авиационный дивизион. Он должен был быть зачислен в 5-й авиаотряд истребителей, но поставки новых аэропланов «Ньюпор» задержались и пилота временно отправили на завод «Дукс», в Москву, а оттуда в Одессу, на завод Анатра испытывать новые аэропланы.

Бонье был страшно огорчен таким поворотом событий, совсем не об этом он мечтал, отправляясь на Восточный фронт. Но, приказ – есть приказ. В конце-концов, в Одессе он уже бывал и город ему понравился, да и на заводе уже служат старый приятель Жан Роббинэ и Анри Жофрэ. Главный конструктор завода — тоже соотечественник, Элизэ Декан, а на производстве самолетов трудится с десяток французов-механиков, так что и Барнье найдется место. Не самое плохое назначение, кроме того и Марта, получив весточку о переводе супруга, решила приехать в Одессу. Жаль только, что с товарищами пришлось расстаться, но пусть хоть кому-то повезет...

...Марк Бонье прибыл в Одессу 7 августа, а через два дня, на утро, были назначены испытания биплана «Анатра Д», с заводским номером 190. В девятом часу утра лейтенант Бонье поднял аэроплан в небо...


Авария на Школьном аэродроме, Одесса, (www.gwar.mil.ru)

Все произошло слишком быстро, никто так и не понял, что же собственно произошло: почему такой первоклассный летчик, как Марк Бонье не справился с управлением? Была ли это техническая неисправность или ошибка пилотирования? Осмотр разбившегося самолета не дал однозначного ответа. Комиссией был составлен акт с подробным описанием повреждений, который подписали все присутствовавшие при аварии, в том числе штабс-капитан Саачи-Самадчи, конструктор Декан и подпоручик Жан Робинэ. Очевидно было лишь одно, что обаятельного мечтателя и храброго пилота Марка Бонье больше нет в живых.


Авария на Школьном аэродроме, Одесса, (www.gwar.mil.ru)

Тело Марка было доставлено в покойницкую военного госпиталя, состоялись пышные похороны на 2-м христианском кладбище Одессы. Смерть знаменитого летчика потрясла Францию, его товарищей и родных. Из скупой, выверенной цензурой телеграммы, его родители так и не смогли понять, почему и при каких обстоятельствах погиб их сын. Не вполне понятно и почему Марта Бонье не добилась захоронения мужа на родине? Почему капитан Бержэ объяснил гибель подчиненного его желанием спасти самолет любой ценой? Была ли это ошибка конструктора, производственный брак или что-то еще?

 

Барограмма полетов Жана Робинэ и Марка Бонье 9 августа (27 июля) 1916 г.

Со временем место захоронения лейтенанта Марка Бонье затерялось, и его могилу обнаружили совсем недавно одесские краеведы. В декабре 2019 на месте его могилы в Одессе был установлен памятник.

В отличие от многих погибших в Великой Войне, Марк Бонье остался в истории, прежде всего, как первый летчик, приземлившийся в Иерусалиме. Таким образом, он оставил неизгладимый след, кто бы мог подумать, в ...истории авиации Израиля, - государства, которого еще не было на карте. Именно от даты прилета на Святую землю двух французских летчиков: Жюля Ведрина и Марка Бонье ведет свою историю авиация государства Израиль. 

Источники:

  1. Городской Архив Парижа, Франция, архив записей гражданского состояния и призывных бюро Парижа: http://archives.paris.fr
  2. Сайт Высшей школы политических наук: http://www.sciencespo.fr
  3. Исторический портал Министерства Обороны Франции: https://www.memoiredeshommes.sga.defense.gouv.fr
  4. Биография Луи Бонье: https://archiwebture.citedelarchitecture.fr/pdf/asso/FRAPN02_BONLO_BIO.pdf
  5. Гонка Париж-Мадрид: https://www.thevintagenews.com/2017/05/09/the-1911-paris-to-madrid-air-race-was-overshadowed-by-explosions-and-bizarre-accidents/
  6. Документы из российских архивов на портале https://gwar.mil.ru/
  7. Открытие памятника в Одессе: https://dumskaya.net/news/na-vtorom-hristianskom-otkryli-pamyatnik-frantcu-106072/
  8. Журналы: “L'Aérophile”, “La Guerre aérienne illustrée”, “La Vie aérienne illustrée”, “Journal Officiel de la République Française”, "Bulletin mensuel de Ligue aéronautique"; Journal des viticulteurs en agriculteurs, Le Temps, Le Matin, Le Figaro и др. за 1910-1920 годы.
Поделиться
Комментарии
Пока нет ни одного комментария!
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.