Подборка материалов по автору

Итак, в начале декабря 1940 года. для торпедной авиации флота наступили трудные дни. На фоне грозящего торпедного голода пришел запрет на использование авиаторпед в принципе. Хотя морское начальство пыталось бороться и даже совершать вылеты в обход запрета в самом конце ноября, генерал-лейтенант Брух (F.d.Luft) получил совершенно однозначный приказ своего непосредственного начальника – Геринга: с торпедами вылеты запрещены. Руководство Кригсмарине пыталось кулуарно выяснить, для начала, хотя бы причину запрета, и вскоре она обнаружилась. Люфтваффе наконец-то захотели иметь собственные торпедоносцы, для чего был отдан приказ о переформировании в первую такую группу II./KG 26. 

Вернувшись назад во времени, рассмотрим, как действовали основную часть осени 1940 г. гидросамолеты-торпедоносцы из Норвегии. На этот период приходятся их основные успехи, при том, что после попадания в плен гауптманна Бергеманна 16 сентября 1940 года они понесли только одну безвозвратную потерю в вылетах с торпедами.

Возможно, «шок» потери командира отряда как-то потряс 3./506. Точных сведений, что там происходило в Ставангере в эти дни, нет. Следует помнить, что ситуация со всеми видами снабжения и обслуживания в Норвегии всегда была напряженной, так что в отряде 14 сентября имелось всего восемь самолетов, из них только шесть боеготовых, и шесть экипажей к ним. Соответственно 16-го их стало меньше как минимум на один самолет. Сколько из пять боеготовых экипажей были обучены торпедометанию – неизвестно.

Как мы увидели в прошлой части повествования, у немецкой морской торпедоносной авиации к осени 1940 г. наметились два четко разграниченных центра, из которых она вела боевые действия: Германия и Норвегия. Условия, в которых они летали, в значительной степени различались. Если на давно существующих базах в южной части Северного моря существовала развитая инфраструктура, прежде всего ремонтная, то там не было проблем с логистикой – в Норвегии все было наоборот. Тактика применения Не-115 тоже различалась в некоторой степени, хотя и не радикально. Более «богатые» в смысле материальной части отряды с германских баз могли позволить себе отправить чуть больше самолетов и даже использовать вместе с торпедоносцами дополнительные силы бомбардировщиков. Операционные районы также различались, что неудивительно.

Пикирующий бомбардировщик «Юнкерс» Ju.87, известный как как «штука» или «лаптёжник» и ставший одним из зловещих символов немецкого «блицкрига», в особом представлении не нуждается. Этой легко узнаваемой машине посвящено множество книг и статей, а в интернете можно без труда найти её летно-технические характеристики, описание процесса создания и боевого применения «штуки». Однако в истории немецкого пикировщика до сих пор остаются недостаточно исследованные этапы, одним из которых является использование Ju.87 в Заполярье. В общих чертах оно рассмотрено в ряде исследований, в частности в работах Александра Марданова, однако мы поставили перед собой задачу более детально изучить боевое применение «штук» за Полярным Кругом.

Прежде чем продолжить рассказ о немецких торпедоносцах, начатый в предыдущих частях, следует сделать небольшой экскурс на противную сторону. Англичане тоже вступили в войну, имея на вооружении авиаторпеды и самолеты, способные их нести. По иронии судьбы, это тоже не были современные береговые самолеты, как этого можно было ожидать от продвинутой в авиационном плане державы – напротив, архаичные бипланы «свордфиш» с неубирающимися шасси, также принадлежащие морской авиации (FAA). Автору ничего неизвестно о качестве торпед, однако нет никаких признаков, что англичане пытались их применять в 1939 г. Первое упоминание датируется 11 апреля 1940, когда 18 самолетов с авианосца «Furious» пытались атаковать крейсер «Admiral Hipper» в Тронхейме. 

В предыдущих статьях мы увидели, как начиналась война для немецкой торпедоносной авиации и ее первые попытки показать себя в начале 1940 г. Поступательное ее развитие было прервано сразу несколькими важными событиями. Первое и самое главное – началась Норвежская кампания, потребовавшая напряжения всех сил от Кригсмарине и стянувшая на себя большую часть морской авиации. Гвоздем в крышку временного гроба торпедоносцев стало назначение командиром 9-й авиадивизии никого иного, как Кёлера. Таким образом, человек, который занимался продвижением торпедоносной тактики и применения авиаторпед вообще, возможно, имеющий шансы что-то изменить и пробить в верхах, 24 апреля ушел заниматься еще более любимым делом – минными постановками с воздуха…

В предыдущей статье было рассмотрено, как немецкие торпедоносцы вступили во Вторую мировую войну в составе морской авиации Люфтваффе (Seeluftstreitkrafte), какие при этом были встречены проблемы и какие боевые результаты достигнуты. Теперь пришла очередь следующего этапа, а именно начала 1940 г., когда торпедоносные подразделения наконец получили на вооружение другой носитель – гидросамолет Не-115 – а также слегка усовершенствованные авиаторпеды F5.

Данное исследование, проведенное на материалах российских и немецких архивов, освещает в первую очередь действия советских ВВС против корабельной группы тяжелого крейсера «Admiral Scheer». Описывая события 23 ноября 1944 года, авторы уделяют достаточно места описанию, как атакам кораблей, так и воздушным боям. Уточнены повреждения немецких кораблей, заявки и реальные потери в воздушных боях.

К началу Второй мировой войны Германия, как и многие другие страны, обладала возможностью применять в воздушной войне над морем самолеты-торпедоносцы. Для этого у немцев было все: специальные торпеды, появившиеся еще в 1933 г. самолет-носитель Не-59 и, наконец, специально обученные экипажи в специальных отрядах береговой авиации. И при всем при этом, понадобился почти год для того, чтобы применять торпедоносную авиацию более-менее регулярно и начать одерживать успехи при помощи этого вида оружия. Почему же так получилось?

Для работы над тылом советских войск на кандалакшском направлении использовалось подразделение, уже упоминавшееся в статье о ближних разведчиках – звено дальней разведки «Норвегия» (F-Kette Norwegen). Первое время оно даже подчинялось командиру 1.(Н)/32, гауптманну Либингу, но потом перешло под начало непосредственно Штолюфта (StoLuft – штабной офицер Люфтваффе при АОК «Норвегия»).

В отличие от отряда «хеншелей», звено дальней разведки было совсем свеженьким, сформированным специально для кампании против Советского Союза на Севере. Во многих других аспектах Люфтваффе показалось, что для быстрого достижения намеченных целей можно будет обойтись минимальными средствами (один отряд ближних разведчиков на два направления, всего по одному отряду истребителей и бомбардировщиков), но в случае с разведкой кто-то решил, что сил одного отряда дальних разведчиков (1.(F)/124) будет недостаточно...