Подборка материалов по автору

Окончание цикла посвященного действию отряда воздушной разведки 1.(H)/32 за Полярным кругом в 1941 году.

Как было отмечено в предыдущей части: в первые дни войны немцы не сильно брали в расчет советскую истребительную авиацию. Опыт встреч «Хеншелей» с советскими истребителями показал, что хорошо подготовленный экипаж вполне способен противостоять им и в одиночку. Хорошая маневренность и отработанные приемы выхода из боя неплохо помогали даже при встрече со «скоростными» И-16, что давало немцам некое чувство самоуспокоения и собственного превосходства, но как говориться – «сколько веревочке ни виться…»

Прибыв к месту базирования на финский аэродром Кемиярви, отряд воздушной разведки 1.(H)/32 был разделен на две неравные части. Это было связано с тем, что немецкое наступление в Заполярье планировалось на двух изолированных участках: вдоль побережья на Мурманск и в глубине материка на Кандалакшу. Там и там нужны были разведчики, но расстояние между участками составляло около 300 км! Основная часть отряда в составе восьми ближних разведчиков «Хеншель» Hs.126, получивших за свой внешний вид прозвище "костыль", осталась на аэродроме Кемиярви и воевала на южном участке фронта. Для обеспечения наступления Горного корпуса генерала Дитля на Мурманск было выделено звено в составе трех Hs.126 с экипажами. В мае 1941 года оно перебазировалось на аэродром Киркенес (в советских документах - Хебуктен) вместе с группой наземного персонала...

Данная статья продолжает цикл, посвященный действию отряда воздушной разведки 1.(H)/32 за Полярным кругом.

После окончательного снятия блокады Ленинграда войска Красной армии стали продвигаться на запад, но в районе города Нарвы их наступление остановил противник, расположившийся на укрепленных позициях.

Нетрудно догадаться, что позиционный тупик можно было преодолеть лишь с помощью морского десанта, что понимал и неприятель. Поэтому для прикрытия фланга своей армии от удара с моря он обновил и дополнил минные заграждения, установленные в Нарвской бухте, начиная с 1942 года, а также занялся и вопросами усиления корабельной группировки.

В итоге к 1 марта неприятель собрал корабельную группировку, состоящую из 1-й, 25-й и 31-й флотилий тральщиков и 17-й флотилии сторожевых кораблей. Эти силы вошли в состав «Нарвского патруля», соединения немецких кораблей предназначенного для прикрытия минных полей в Финском заливе и противодействия советским десантам.

Как ни трудно догадаться командование КБФ такое положение дел не могло устроить и по «Нарвскому патрулю» стали наносить удары ВВС КБФ.

Находящийся в тени двух более крупных потопленных собратьев, транспортов «Mendoza» и «Vale» – этот транспорт, тем не менее, частенько появляется на кадрах, посвященных атакам советской авиации на Пиллау.

Немецкий пароход «Везерштайн» (Weserstein), построенный на гамбургской верфи «Дойче Верфт» (Deutsche Werft) по чрезвычайной мобилизационной программе, был сдан компании «Северогерманский Ллойд» (Norddeutscher Lloyd) 1 июня 1944 года. Судно принадлежало к большой серии германских пароходов военной постройки типа «Ганза I». Война коснулась его 27 ноября 1944 года, когда штурмовики 11-й штурмовой авиационной дивизии Краснознаменного Балтийского флота атаковали немецкие корабли и суда в порту Либава. В результате попадания бомбы пострадал груз судна и получили ранения три моряка. Пароход ушёл в Германию и стоял в ремонте до нового года, но через четыре месяца после возвращения судна в строй штурмовики 11-й шад вернулись и добили его.

Этот пароход примелькался на разных фотографиях, связанных со штурмом Пиллау в 1945 году. Он стал одним из символов поражения немецких войск на Земландском полуострове. Но, как часто бывает с такими вот символами, реальные факты гибели этого парохода остаются в тени. Просмотрев немало советских и немецких документов, авторы решили восполнить этот пробел и составить документальный рассказ о гибели судна.

В первый раз его пустили на дно 25 октября 1944 года в Гамбурге бомбардировщики союзников. Но судно подняли, и с февраля 1945 года оно эксплуатировалось вновь. Через месяц 22 марта, во время очередного рейса в Пиллау, произошли события, приведшие к гибели судна. Причиной этого стали атаки штурмовиков 11-й ШАД ВВС КБФ.

Что может прийти в голову любителю истории авиации, если завести разговор о Заполярье? Вероятно, широко разрекламированный там и тут «экспертенштаффель» – 6./JG 5 с его знаменитыми асами. Борис Сафонов, советские торпедоносцы тоже многим знакомы. Другое дело – разведка.

В связи с этим, автору показалось интересным рассмотреть, как дело с воздушной разведкой обстояло у врага, благо что в последнее время стали доступны многочисленные документы, связанные с разведывательной авиации противника в Заполярье. Задача облегчается уникальностью применявшегося там отряда – 1.(Н)/32. Вероятно, единственный на всем Восточном фронте, он стабильно провел всю войну на одном и том же театре военных действий, и покинул его только осенью 1944 г., когда театр в общем-то прекратил свое существование. 

В этом мире все однажды начинается. Именно так можно охарактеризовать бой с немецким конвоем 23 апреля 1944 года. Впервые в 1944 году усилия ВВС СФ привели к серьезному результату – был потоплен корабль охранения из состава большого конвоя. Далее в течение двух месяцев немцы постоянно будут терять транспорт или корабль в любом бою с ВВС СФ, но этот конвой стал первым. Но успех 23 апреля был достигнут серьезной ценой, и чтобы людей, добившихся успеха, не забыли, стоит рассказать об этом бое подробно, с привлечением немецких документов.

Как известно в годы Великой Отечественной войны истребители «Киттихаук» ВВС СФ наносили удары по судоходству противника у берегов Норвегии.

Стоит напомнить, что к сентябрю 1944 года борьбой с мелкими судами противника целенаправленно занимался только один полк ВВС СФ, 78 ИАП, вооруженный самолетами «Киттихаук». Второй полк, 27 ИАП, занимавшийся выполнением подобных задач, в августе 1944 года был перевооружен с «Киттихауков» на «Аэрокобры» и специально подобной боевой работой больше не занимался. Несмотря на уменьшение задействованных в охоте на малые суда сил, сентябрь и октябрь 1944 года стали самыми результативными для «Киттихауков», в этот период были достигнуты наибольшие успехи в борьбе с надводными целями.

Поэтому авторы решили рассказать про один из рабочих дней «Киттихауков» 78 ИАП, 29 сентября 1944 года.

Вечером 4 марта 1944 года младшим лейтенантом Батищевым из 118 РАП был обнаружен конвой в проливе Брейсунд. Пролет разведчика ПЕ-3 не остался не замеченным для противника, только его приняли за «Бостон»:

«В 14.43(по Берлину) (западный вход в Брейсунд) конвой замечен одним бостоном. Об этом дали оповещение по радио. Вооружение не применялось».

Из-за темного времени суток слежение за конвоем пришлось прервать. Но на следующее утро 118 РАП принял все меры к нахождению конвоя и его усилия увенчались успехом. В 8 ч 40 мин экипаж самолета-разведчика Пе-3 (пилот – капитан Р.М.Суровов) передал сообщение по радио: «Вижу конвой».

30 июля 1941 года самолетами FAA (Fleet Air Arm – ВВС флота) была проведена операция по нанесению удара по портам Киркенес и Линахамари. В 1942 году, для усиления торпедоносной авиации в Заполярье, англичанами была проведена операция получившее наименование «Оратор».

После разгрома, учиненного немцами всем известному каравану PQ-17, англичане на некоторое время прекратили проводку конвоев до Мурманска и Архангельска. Кроме прочего, у них уже начиналась подготовка к высадке в Северной Африке, которая требовала очень много сил и средств. Однако, просьбы Советского Союза заставили британское командование задуматься о проводке еще одного конвоя, последнего из серии PQ и последнего до завершения операции «Торч».