Попытка возрождения и командировка на Восточный фронт.

После апрельского решения фюрера о том, что авиаторпеды не следует применять на западном театре, прошел целый месяц, прежде чем случилось важное для дальнейшей истории событие. Знаменитому отряду 3./506, набившему больше всех фрагов, было приказано передать 3 своих Не-115 в 1./406. До того этот отряд летал на Bv.138, однако череда необъяснимых катастроф заставила вывести новый тип из боевого использования и срочно искать ему замену. Решено было сделать неудачных «башмачников» новыми пользователями старых гидропланов. Сам же 3./506 с июня должен был переучиваться на «юнкерсы».

Это решение просит, чтобы на нем остановиться подробнее. Создается впечатление, что в руководстве Люфтваффе окопались настоящие вредители, делающее для Рейха как похуже. Отобрав все торпеды у опытных морских летчиков, орлы Геринга быстро их всех расстреляли, не достигнув никаких успехов. Однако, это не вызвало вопросов ни у самого рейхсмаршала, ни у его друга Адольфа. Редер и командиры морских ВВС выходили с убедительной просьбой, не пересаживать на бомбардировщики асов-торпедоносцев, а дать им хотя бы один отряд, вооруженный Не-111Н-4. Но нет, с торпедами продолжили летать новички, а Барт и прочие опытные морские наблюдатели с сентября кидали бомбы по советским укреплениям на Моонзундских островах. Даже решения перебросить вооруженные торпедоносцами старые отряды на Не-115 против советского противника на восток на наше счастье никому не пришло в голову. Наверняка в условиях меньшего противодействия зениток и истребителей они смогли бы угрожать советскому судоходству гораздо больше, чем английскому. Не-115 с торпедами все-таки приехали потом на Балтику, но позже мы посмотрим, как «ловко» все это было организовано.

Пока же разгром морских торпедоносцев был завершен к началу июня. 3./506 отправился получать Ju-88, два последних оставшихся «старых отряда» - 2./506 и 1./106 – прозябали в Бресте без торпед. На двоих у них было сразу 9 боеготовых «хейнкелей».

He-111 с бортовым кодом «BK+CO» сбрасывает учебную торпеду в Гроссенброде.

Пока же в конце весны произошел любопытный эпизод, слегка взбодривший застоявшееся болото. К 27 мая 1941 г. командованию Кригсмарине стало ясно, что в Атлантике творится что-то нехорошее с линкором «Bismarck». Фактически к тому моменту ему уже выписали пропуск на тот свет, но в группе ВМС «Запад» об этом еще не знали. В 11.30-11.45 после лихорадочных переговоров была достигнута договоренность, что для поддержки линкора в распоряжение Авиакомандования «Атлантика» срочно будут переданы 3 Не-111 из торпедной школы в Гроссенброде. Самолеты были, но не было экипажей, поэтому их надо было предоставить из состава 3./506. Отряд выделил следующие команды: гауптманна Дирхса, лейтенантов Риманна и Михаэля. В 13.00-13.15 они вылетели на своих Не-115 в Гроссенброде и в 14.00 прибыли на место.

Отвечать за этот вопрос поставили майора Эмондса (командира 1./106), которого послали в школу с охапкой таблиц для торпедных стрельб новыми авиаторпедами F5, рассчитанными на ход 36 узлов (F5b). Он прибыл вместе с самолетами 3./506. События развивались стремительно – скорее всего, вмешались люди с самых верхов. Уже в 12.20 было доложено, что 2 самолета готовы прямо сейчас, а третий подготовят к 16.00. Все 6 торпед снаряжены боевыми головными частями и взрывателями. Старт «хейнкелей» был запланирован на 17.00. Однако, менее чем через полчаса в Руководстве войной на море (SKL) стало известно, что линкор уже ушел на дно. По радио пытались послать приказ на отмену вылета, но не смогли и в 19.00-19.40 3 Не-111 с торпедами вылетели в Брест. На двух машинах имелись пилоты из Гроссенброде, один летел только с пилотом 3./506, но на каждом «хейнеле» имелись бортмеханики из торпедной школы. При совершении в 22.00 промежуточной посадки в Кёльне выяснилось, что на двух самолетах вышли из строя радиостанции. Их удалось быстро починить. Также только в Кёльне были получены радиоданные, позывные и карты для действий западнее Франции. Перелет был продолжен в 05.30 28 мая. Теперь за штурвалами всех самолетов находились пилоты 3./506, хотя оба пилота из Гроссенброде тоже отправились в полет запасными. В 09.00-10.00 сели в Бресте, причем опять сломалась одна рация. Что хуже, ни одна торпеда после осмотра оказалась негодной к сбросу. Повреждения были получены во время посадки в Кёльне. Оказалось также, что еще до старта в Гроссенброде было известно: на 4 торпедах из 6 сломаны рычаги установки глубины хода. Так как торопиться было уже некуда, торпедоносцам приказали ждать приказов. Только в 15.00 Авиакомандование «Атлантика» велело всеми средствами привести самолеты в боеготовое состояние. Когда это удалось сделать к 16.00, последовал новый приказ: часовая готовность. Еще через час – приказ вылетать всеми тремя самолетами. Цель: замеченный разведкой у ирландского побережья в 13.15 тяжелый крейсер, запасная цель – торговые суда. Старты прошли в 18.03-18.10, но никаких целей ни один самолет так и не обнаружил. В 22.24-22.37 все они вернулись в Брест. «Хейнкели» с торпедами прибыли 30 мая обратно на аэродром Вестерланд (где базировался подчиненный FdLuft отряд 1./506 на «юнкерсах»). Там два экипажа высадились, дальше Не-111 погнали пилоты из Гроссенброде. Третий самолет пришлось перегонять пилоту 3./506.

Любопытно почитать заключения, данные Дирхсом по результатам этого вылета с описаниями самолета Не-111Н-6:

«… 3) самолет замечательно подходит для торпедных вылетов. Хорошее взаимодействие между пилотом и командиром. Самолет может быть даже быстрее. Скорость с полной загрузкой, вооружением и заправкой – 230-240 сухопутных миль в час.

4) На бреющем полете во время виража самолет замедляется.

5) самолет вооружен: 1 пулеметом спереди, 3 пулеметами для радиста сверху сзади и по бокам. Кормовой стрелок с 1 пулеметом находится в «ванне». 2-см пушка направлена вперед вниз. Неподвижный MG-17 в конце фюзеляжа. Пушка для атаки не подходит, даже может помешать сбросу торпеды, повредив коробчатый руль. При атаках с бреющего она не нужна.

6) Установка выстрела с поворотом и установка глубины хода смонтированы у кормового стрелка, очень плохое решение. Надо как минимум первое перемещать к наблюдателю вперед.

7) пилоту для прицеливания нужен прицел Revi.

8) повторитель компаса впереди в кабине, для поиска и прицеливания»

Не 111 с бортовым кодом «BK+CO» с двумя учебными торпедами. Возможно, этот самолет участвовал в вылетах с экипажами 3./506

По мотивам «поездки» трех экипажей и их впечатлений, FdLuft тут же разразился большими размышлениями, в конце которых настоятельно просил отметить грядущее перевооружение 3./506 на Ju.88F, а взамен дать им и еще одному отряду Не-111Н-6, сохранив тем самым ударную силу морской торпедоносной авиации. Конечно же, оберст-лейтенант Шили не был услышан.

У этой неудачной операции было продолжение. 2 июня в 09.40 «юнкерс» из 1./506 заметил у восточного английского побережья конвой из 6 судов, охраняемых 3 эсминцами и авианосцем. Такого случая давно не было, чтобы глубоко в Северное море заходили столь лакомые цели; возник серьезный соблазн хотя бы здесь поквитаться за гибель «Bismarck». На памяти был свеж эпизод с посылкой торпедоносных «хейнкелей» из Гроссенброде и его решили повторить. Немедленно сделанные запросы выявили, что самолеты и экипажи вернулись к прежней деятельности. Начались переговоры с SKL и генштабом Люфтваффе для того, чтобы повторить попытку использования самолетов, а пока, на свой страх и риск Шили в 14.10 дал приказ тем же трем экипажам, что и 27 мая, лететь снова в Гроссенброде за Не-111.

Пока шли приготовления, конвой был атакован 1./506 на «юнкерсах», утопившим из его состава пароход на 10000 т. В 17.20 гауптманн Дирхс уже докладывал о своем прибытии из Гроссенброде. Ему дали следующий приказ: в сумерках (с 22.30 до 23.30) атаковать авианосец, который на тот момент будет, предположительно, находиться в квадрате 15 Вест/2640 или 2610 (восточнее Эдинбурга). В 18.00 Дирхс сообщил, что, скорее всего, удастся выпустить всего один самолет – на других была ранее начата большая профилактика моторов. Предполагалось, что смогут подготовить и второй, но эти надежды не оправдались. В 18.58 полетел только один Не-111, с наблюдателем лейтенантом цур Зее Михаэлем.

В 20.00 «хейнкель» сел для дозаправки в Вестерланде, получил последние данные и временную темную окраску. Теперь авианосец следовало искать в квадрате 05 Ост/0420 или 0447, восточнее Халла, потому что по последним данным державших с ним контакт самолетов 1./506, конвой повернул обратно на юг. В 20.56 «хейнкель» продолжил выполнять задачу. В 23.12 в квадрате 05 Ост/0424 он смог выйти в атаку по «современному авианосцу», чей силуэт четко просматривался в сумерках, с дистанции 800-1000 м и при высоте сброса 50 м. Торпеды прошли мимо линии охранения из эсминцев и через 30 секунд видны были два фонтана воды высотой по 30 м, державшиеся 3 секунды. Затем осталось облако дыма. Все эти наблюдения позволили экипажу заключить, что цель повреждена.

Пароход «Mamari» как «Zealandic» до 1933 г.

Под удар торпед попал совершавший переход «Флотский тендер С» - так назывался старый пароход «Mamari III», в 1939 г. купленный Адмиралтейством и замаскированный под авианосец «Hermes». В 1941 г. нужда в таком маскараде отпала и судно должно было перейти обратную конверсию в торговое судно. Во время атаки «хейнкеля» «тендер» попаданий не получил, однако при маневре уклонения наскочил на остов парохода «Ahamo», утонувшего в том районе на мине 8 апреля. Носовые 80 футов «Mamari III» крепко застряли на остове, два первых трюма заполнились водой. Попадания торпед с английской стороны отрицаются, но бывали случаи, когда они путали бомбовые и торпедные попадания, есть какая-то вероятность, что и тут в пылу последующих событий торпеда была забыта. В ночь с 3 на 4 июня терпящий бедствие тендер, охраняемый корветом «Kittiwake», получил несколько торпед от катеров 4-й флотилии «шнельботов» (заявлено 5-6 попаданий по «отказывавшемуся тонуть прорывателю минных заграджений»), и после этого был признан полностью потерянным. Остов «Mamari III» долго еще торчал на том же месте, где застрял 2 июня, но его дальнейшая судьба автору неизвестна.

Немцы сначала посчитали, что попали в только что сданный флоту новенький авианосец «Indomitable», сделав этот вывод на основе данных радиоперехвата. Многочисленные вылеты Ju-88 для обнаружения подбитого корабля результатов не дали. Только 24 июня пришел доклад, что остов полузатопленного авианосца заметил самолет из KuFlGr 106; снова последовали многочисленные вылеты «юнкерсов» из 1./506, сначала неудачные, потому что координаты обнаруженного остова были даны неправильные. В конце концов, остов был обнаружен 28 июня и сфотографирован, так же, как и утонувший рядом большой пароход. Проанализировав фотографии, FdLuft пришел к выводу, что перед ним переделанное во вспомогательный авианосец для прикрытия конвоев торговое судно, похожее на «Hermes». Шили не сомневался, что это был действующий корабль, хотя в сводках Люфтваффе примерно в тот же период времени он проходит как «макет».

Фото «Флотского тендера С» с воздуха и его остов в октябре 1941 г.

Михаэль тогда летал вместе с пилотом лейтенантом Мёльманном – с которым потом, видимо, они очень долго составляли единый экипаж. 8 сентября 1942, уже будучи в 8./KG 26, они оба были сбиты около Петсамо по ошибке немецким истребителем. Михаэль тогда погиб, а Мёльманн выжил; потом следы его ведут до начала 1944 г., когда он получил звание гауптманна, а потом теряются.

По итогу всех этих приключений наконец-то были сделаны выводы, что на западном театре все-таки надо иметь хотя бы несколько торпед. 12 июня было принято решение направить целых 7 штук для Авиакомандования «Атлантика». Позже количество подняли до 12 F5b, а 8 старых F5 и 2 F1 (трофейных норвежских авиаторпед) выделили для FdLuft. Правда, отправка шла, прямо скажем, со скрипом. Только 19 июня первые 5 F5b поехали к месту назначения, и очень неспешно – 23 июня они добрались только до Дрездена. Также было принято решение, что торпеды больше не будут посылаться просто так, а только на основании прибывших ранее докладов об их использовании. Кроме того, 10 штук приказывалось всегда иметь в запасе для нужд генштаба Люфтваффе.

Все тщетные попытки сохранить 3./506 в качестве торпедоносного провалились. 3 июня был зафиксирован тот факт, что в течение июня-июля отряд перевооружается на Ju-88, а свои Не-115 сдает в 1./406. Этот отряд уже некоторое время переучивался и 5 июня было объявлено о его боеготовности. Не-115 совершили первые вылеты на разведку, а 3./506 стал паковать чемоданы, чтобы отправляться на перевооружение. Объемы переучивания, по крайней мере в интересующей нас сфере применения авиаторпед, оказались очень скромными. Экипажи к 8 июля совершили всего по одной учебной торпедной атаке!

В Авиакомандовании «Атлантика» к началу июля наличествовали обученные торпедометанию экипажи в 2./506. Как помнит внимательный читатель, ранее там был еще и 1./106, но он уже убыл для перевооружения на Ju-88. 2./506 обладал на 5 июля 7 боеготовыми Не-115 и 6 боеготовыми экипажами, хотя возможно, летать с торпедами могли не все. F5 теперь тоже были; все это привело к возобновлению вылетов с авиаторпедами. К сожалению, никаких подробностей на этот счет не сохранилось. Неясно, какие ставились задачи и какими силами проводились операции, только голые факты о проведенных атаках. Впервые в районе западного английского побережья Не-115 с авиаторпедами появились в ночь на 5 июля, когда в 01.57 один самолет в 25 км севернее мыса Ст. Дэвидс Хэд (южный выход из канала Св. Георга) сбросил свою F5b по судну, оцененному в 4000 т, с привязанным к нему аэростатом заграждения. Из-за резкой смены курса торпеда прошла мимо.

Второй самолет действовал юго-восточнее, около острова Ланди (Бристольский канал), где в 02.27 он стрелял по судну 5000 брт. Здесь экипаж наблюдал, что его торпеда попала в первую половину судну, оно быстро ушло под воду и через минуту наружу торчала только корма.

В английских документах находится подходящий кандидат: в 02.30 в координатах 51.51 с.ш. – 05.28 з.д. (то есть примерно в нужном районе) было потоплено британское судно «Fowey Rose» (470 брт). Утонуло оно со всем экипажем в 8 человек и считалось, что стало жертвой бомбы. Однако, бомбардировщики в ту ночь в том районе не действовали вообще, так что почти со 100% вероятностью можно сказать, что это была победа 2./506. Имя успешного наблюдателя неизвестно.

Пароход «Fowey Rose».

Затем последовал перерыв; следующий раз стал, вероятно, самым массовым вылетом торпедоносцев, по крайней мере, для района западного побережья Англии. В ранние часы 10 июля 2./506 сбросила 6 F5b, при этом неизвестно, все ли летавшие машины нашли себе цели.

В качество это количество перерасти не смогло. В двух случаях дорожки не наблюдались, в одном – торпеда пошла по кругу, в трех случились промахи, причем дважды из-за маневрирования судов-целей. Все атаки проводились по разнообразным целям у западного побережья между мысами Хартленд и Тревос Хэд, в период с 00.50 до 03.05. Все это точно стыкуется с реальностью – два атакованных в том районе конвоя ни о каких потерях не сообщали, только о том, что вдалеке летают некие самолеты. Единственное судно, потопленное северо-восточнее Тревос Хэд – норвежский пароход «Svint» получил попадания и близкие разрывы 3 бомб, так что он стал жертвой одного из самолетов KuFlGr 606. 4 «юнкерса» заявили там потопленные суда в период с 00.25 до 00.55, а еще один – поврежденное.

Этот массовый сброс вновь привел запасы торпед в Авиакомандовании «Атлантика» к нулю. 9 сбросили, а еще 3 оказались некачественными, и их пришлось отослать обратно в Гроссенброде. Торпедные вылеты пришлось снова поставить на паузу, хоть и ненадолго. Следующий вылет в сводках зафиксирован 17 июля, когда в 03.10 Не-115 сбросил торпеду по судну, оцененному в 4000 т, в 70 км западнее Аберистуита. Из-за темноты экипаж не смог разглядеть, пошла ли торпеда. Взрывов и прочих результатов выстрела они тоже не наблюдали. Ни о каких пораженных судах «с той стороны» также неизвестно. Создается впечатление, что из Бреста плохо посылали отчеты для генерал-квартирмейстера, ведающего распределением торпед, в результате чего 406-я группа получила всего пару торпед и сидела молча до 22 августа, когда Авиакомандование «Атлантика» нажаловалось сразу Герингу. Только тогда им возобновили поставки. Из-за всего этого много вылетов в июле и августе «хейнкели» совершали с бомбами. Впрочем, большая их часть оканчивалась тем, что самолеты ни с чем возвращались на базу.

Неясно, когда вновь выделенные торпеды прибыли в Лист для FdLuft и неясно, как точно проходило обучение торпедометанию новых экипажей из 1./406, но впервые готовность к вылету для одной машины объявляли в приказе на применение 6 июля. С тех пор практически каждый день для этого единственного торпедоносца объявлялась двухчасовая готовность, начиная с 18.00, и каждый день приказа на вылет не отдавалось, потому что не было никаких подходящих разведданных. Так продолжалось до 19 июля, когда в 19.40, наконец, от Авиакомандования «Север» в Норвегии поступили сведения о конвое, замеченном в 17.55 в районе островов Фарн. Командованию 506-й группы давалось право выпускать самолет в бой согласно ее собственной оценки готовности к торпедному применению. Перехватить конвой предполагалось в районе от Бервика до Ст. Эббс Хэд. Старт Не-115 произошел в 21.12 с базы в Листе, командиром самолета был лейтенант цур Зее Ноак. Это, по сути дела, открыло новую главу в истории морских торпедоносцев: в их ряды официально влился новый отряд, 1./406. Забегая вперед, можно сказать, что именно он станет самым долгоживущим отрядом морской авиации на гидросамолетах типа Не-115, и дольше всех протянет в статусе «торпедоносного».

Эмблема отряда 1./406

К сожалению для немцев, сам вылет никакой славы для истории не добыл. В 00.34 20 июля, гораздо севернее целевого района (северо-восточнее Эдинбурга), самолет «L» прервал выполнение задания из-за малой видимости (2 мили) и в 03.06 вернулся в Лист. Впрочем, Шили все равно приободрился и выдал командиру 506-й группы, майору Шварцу, право высылать торпедоносец в бой по собственному усмотрению в случае обнаружения конвоев. Но плохая погода и малый уровень боеготовности у ведущего разведку 1./506 (не больше 3-4 самолетов) не давали особых шансов найти цели.

Вторая попытка испробовать в бою новый отряд была выполнена 27 июля. В 15.00 северо-восточнее Халла был обнаружен конвой и против него Шварц решил отправить уже два самолета. В 20.14-20.16 стартовали «I» и «К».

Самолет «К» сел обратно в Лист в 02.25 28 июля. Его наблюдатель, лейтенант Ровер, доложил, что по прибытии в целевой район никакого конвоя там не обнаружил. Искать стал на север и быстро нашел караван. Однако на тот момент было еще слишком светло, так что «хейнкель» взял восточнее и выждал до начала темноты. Правда, при втором заходе не удалось разглядеть кораблей; пришлось делать третий заход и тогда был обнаружен пароход, оцененный в 3000 т. Торпеду по нему не удалось сбросить из-за ошибок экипажа. Пришлось снова отворачивать, под огнем, открытым с судна. На четвертом заходе в 23.10 цель оценили уже точнее: 4000 т, 1 труба, 2 мачты, выступающая вверх корма и «форштевень Мейера». С высоты 50 м Ровер сбросил эту первую для 1./406 торпеду, которая пошла нормально: пилот и радист наблюдали попадание в последнюю треть судна. Немцы не ушли безнаказанными – бортрадист обер-гефрайтер Фиш получил ранение пулей в левую икру. Возникшая суматоха не дала пронаблюдать дальнейшие результаты. Несмотря на такие подробные описания, данной атаки у английской стороны найти не удалось.

Второй самолет долго не сообщал о себе, пока его не заметили вблизи побережья. Шили послал ему команду садиться в Цвишенане, но «I» ответил, что у него не хватает топлива и он идет на вынужденную. После этого связь прервалась. Позже пришли данные, что самолет аварийно сел в Зюдерзе в Голландии, экипаж не пострадал. При этом сам Не-115 и торпеда были потеряны. Причина в том, что самолет не смог долететь до базы, была найдена в неправильных посылках пеленгаторного поста в Листе. Пилот лейтенант Гаусс наоборот заслужил похвалу за то, что после 7 часов полета смог добраться до материка и спасти себя и своих товарищей.

Со 2 августа ежедневно до 18.00 506-й группе требовалось держать в готовности уже по 2 торпедоносца. Вроде бы все налаживалось и оставалось только дождаться подходящего периода погоды, чтобы как следует ударить торпедоносцами по английским коммуникациям. Судьба-злодейка снова не дала FdLuft счастья в авиаторпедном вопросе. 5 августа командующему группой ВМС «Север» генералу-адмиралу Карльсу все же пришла идея, что на востоке неплохо было бы использовать торпедоносцы. Так как своих подобных машин у 1-го Воздушного флота не было, в Руководство войной на море ушел запрос о присылке отряда способных применять авиаторпеды самолетов. Естественно, поехать туда могли не зубры в виде 3./506 с Бартом и прочими, а только зеленые новички из 1./406. В РВМ сначала отказали, но на следующий день согласились предоставить три гидроплана. На самом деле подобная идея (атаки советских линкоров сухопутными торпедоносцами с экипажами FdLuft) уже посещала группу «Север» в самом начале июля, но тогда она пыталась действовать чисто по каналам Люфтваффе и получила категорический отказ.

Теперь же 6 августа от генерала авиации при командующем Кригсмарине пришел приказ подготовить переброску звена торпедоносцев из 1./406 на восток. Для этого требовалось провести подготовку базы, выслать туда моторизованный взвод обслуживания торпед, а также собственно торпеды (10-15 штук). Готовность Не-115 к перебазированию должна была поддерживаться с утра 8 августа: самолеты с подвешенными торпедами.

8-го с утра переброска не состоялась, зато пришло уточнение, что следует лететь в Ригу, как только на это будет дан приказ после обустройства там базы, что было заботой генерала при командующем ВМС. Ближе к полудню – новые изменения. Вместо Риги базой определялась Пиллау-Нойтиф, командовать звеном должен был обер-лейтенант Фатер. Нужный обслуживающий персонал гарантировали на месте к нужному времени, а Фатеру давалось право использовать для своих операций все ресурсы тамошних военно-морских инстанций. Кроме 3 самолетов с торпедами, следовало отправить и четвертый в качестве грузового, а также на случай замены вышедших из строя машин. Учитывая, что на 7 августа в 1./406 имелось всего 5 боеготовых «хейнкелей», это был серьезный удар (улетело в 15.10 8 августа как раз 5 самолетов). В очередной раз о торпедных вылетах в Северном море пришлось забыть. Никакого свободного обслуживающего персонала для торпед найти не удалось, и таковой тоже пришлось забирать в Листе!

Уже 14 августа 1-й Воздушный флот затребовал от генерал-квартирмейстера морской авиации срочную поставку F5 в Ригу, как минимум 12 штук. Но на это требовалось разрешение Генштаба Люфтваффе. Только на следующий день дозволение было получено, но послать санкционировали только 8 F5/F5b. Сначала из Готенхафена в Пиллау посылались все наличные торпеды из резерва, 6 штук. Остальные по мере готовности. Дело был в том, что назревал новый торпедный кризис. Большие количества выделялись для перевооружавшихся на торпедоносцы групп I./KG 40 и I./KG 28 во Франции, туда уходили и немецкие F5b, и недавно начатые поставками итальянские F5W.

Первые вновь поставленные авиаторпеды для Авиакомандования «Балтика» (которому подчинялись торпедоносцы тактически) должны были прибыть в Пиллау на теплоходе «Nobiskrug» 20 августа.

Переброшенные торпедоносцы Авиакомандованию «Балтика» предписывалось использовать строго для атак боевых кораблей от эсминца и больше, а также крупных транспортов. Ни для каких подсобных и вспомогательных вылетов Не-115 высылать не разрешалось. Не все видели перспективы в использовании гидропланов на Балтике, например, ставший известным к тому моменту специалистом по противокорабельной борьбе гауптманн Баумбах из KG 30 считал, что советская ПВО слишком сильная, а глубины в Финском заливе, куда ушли к тому времени корабли КБФ были малы для надежного сброса авиаторпед. К нему не прислушались.

Погрузка торпеды на Не-115 из 1./406 на Балтике в августе 1941 г.

Самый первый вылет 1./406 на востоке был проведен поздним вечером 11 августа, причем для применения был выбран достаточно странный район – Нарвский залив. Летало два самолета, но цель для себя нашел только тот, которым командовал лейтенант Ноак. В 22.10 он атаковал корабль, опознанный как крейсер «Киров» водоизмещением 9000 т в около южного берега Нарвского залива, в районе между Азери и Тойла. Ясное дело, «Кирову» там делать было нечего, зато примерно в том районе действовали поддерживавшие сухопутные войска канонерские лодки «Москва» и «Амгунь». Какую-то из них, скорее всего, атаковал торпедой Не-115. Ошибка в опознании цели впечатляющая, но неудивительная при том уровне подготовки, который имели экипажи 1./406 на тот момент. Второй самолет в атаку не выходил.

После этого последовал перерыв – возможно, вызванный неопределенностью с поставкой авиаторпед в Пиллау. Только 16 августа зафиксирована очередная атака, проведенная обер-лейтенантом Ровером. Район теперь был выбран адекватный: юго-западнее острова Прангли, то есть близко к Таллинну. По стечению обстоятельств, вновь самыми подходящими кандидатами являются канонерские лодки «Москва» и «Амгунь»! Бывшие грунтовозные шаланды с надстройками на корме в принципе можно спутать в темноте с танкером, если закрыть глаза на орудия на палубе. Пущенная торпеда коснулась дна и не пошла.

Два вылета 18 августа закончились точно также. В 20.56 торпедировал балтийское дно Ноак, а в 21.05 – лейтенант цур Зее Бюккер. По немецким данным, атака проводилась в районе западнее Родшера. Пятью часами раньше примерно там бомбами «юнкерса» из 1./806 был подбит транспорт «Сибирь» - весьма вероятно, что именно он или корабли охранения стали целью торпедных атак.

На 20 августа Авиакомандование «Балтика» запланировало атаки торпедоносцев на тяжелые корабли на рейде Таллинна. Однако по каким-то причинам вылеты совершались по другим целям. Пара самолетов атаковала торговые суда в разных местах, причем около Таллинна Не-115 не смог выйти в атаку по 2 судам в 20.45 из-за слишком сильного оборонительного огня. Вторая машина далеко на востоке (в районе Деманстейнской банки) смогла сбросить торпеду по торговому судну, оцененному в 5000 т – но попадания не наблюдала из-за сильного оборонительного огня. Здесь мы подходим к самому интересному моменту кампании торпедоносцев. Упоминавшийся выше транспорт «Сибирь» к тому моменту двигался в сопровождении спасательного судна и тральщиков 3-го дивизиона на буксире в сторону Кронштадта. По мнению А.В. Платонова, «Сибирь» просто утонула вечером 20 августа от полученных ранее повреждений. Однако, в «Хронике Великой Отечественной войны Советского Союза на Балтийском море и Ладожском озере», вып. 1, а также в справочнике потерь 1959 г. издания говорится о новых атаках, попадании бомбы и последующей гибели как раз где-то в районе атаки самолета лейтенанта Бюккера. К сожалению, автор не имеет данных о точном времени гибели «Сибири» и описания ее последних мгновений, чтобы сделать точных выводов. Пока же выглядит, что, возможно, этот транспорт таки стал единственной жертвой вражеских торпедоносцев на Балтике.

Советский транспорт «Сибирь», атакованный торпедоносцами 18 августа и, возможно добитый 20 августа

Никакой активности Не-115 в последующие два дня не зарегистрировано, хотя возможно, что они просто не выходили в атаку. 23 августа один самолет 1./406 в 20.35 повредил катер около острова Кери обстрелом из установленной в носу 20-мм пушки. Данные для этого случая с советской стороны найти скорее всего нереально.

24 августа Авиакомандование «Балтика» наконец-то смогло отчитаться об успехе, достигнутом торпедоносцами. Из двух летавших машин одна – под командованием лейтенанта Ноака – в 20.41 северо-западнее Нарвы якобы добилась попадания в носовую часть торгового судна, оцененного в 4-5000 т. С самолета даже наблюдали крен. Второй самолет (обер-лейтенанта Ровера) в 21.15 в том же районе воткнул свою торпеду в дно. Кто был целью атаки – неизвестно. В тот вечер шел конвой из Таллинна в Кронштадт, он потерял на минах и от вражеских бомб танкер, эсминец «Энегльс» и 2 тральщика, однако все это случилось значительно западнее, в районе острова Кери и мыса Юминда. Даже если оставшиеся суда конвоя могли пройти столько много миль на восток за прошедшие с момента атаки бомбардировщиков 5 часов, все равно их маршрут шел гораздо севернее, около острова Гогланд. Скорее всего, целью Ноака стал какой-то остов, либо судно ему вообще привиделось.

25 августа – вновь «успех», довольно затейно описанный в немецких документах. По мнению обер-лейтенанта Ровера, во время атаки в 21.20 на судно в 6000 т торпеда прошла мимо, однако попала в другое судно за кормой цели, тип и размер его определить не удалось, но тем не менее, его посчитали утопленным. Так как эта атака была проведена где-то в районе острова Кери, то может быть, целью стал приткнувшийся там на мель днем после атаки бомбардировщиков ВТ-532 «Эстиранд», а проходившими мимо другими «судами» - тральщики «Патрон» и «Виестурс», доставлявшими бомбы для бомбежки Берлина. На самом деле попаданий ни по одной цели не было. Еще две атаки проводились лейтенантом Ноаком обер-лейтенантом Штерцингом значительно восточнее в 20.41-20.46. Там были зафиксированы промахи, причем в первом случае пароход, оцененный в 5000 т, якобы отвернул. Возможно, был атакован конвой в составе пароходов «Эвальд», «Даугава», гидрографического судна «Рулевой» и одной шхуны. Вели его 4 мобилизованных тральщика, СКР «Ураган», «Чапаев» и 4 катера МО.

Так как 28 августа началась финальная эвакуация из Таллинна, у немецких торпедоносцев появилась последняя возможность отличиться при наличии большого количества целей. Хотя сразу после известия о том, что в 14.00-16.00 на восток отправилось около 70 кораблей и судов, Авиакомандование «Балтика» организовало торпедные патрули, никаких особых успехов они достигнуть не смогли. В те сутки была доложена только одна атака, когда в 20.30 лейтенант Ноак выстрелил по судну в 3-4000 т где-то с море севернее Мохни. В очередной раз результат не наблюдался из-за сильного зенитного огня – тут его и не было. Безуспешной атаке подвергся транспорт «Иван Папанин». Затем рано утром 29 августа обер-лейтенант Ровер в 05.15 атаковал грузовое судно в 5000 т примерно в том же районе, но торпеда пошла кругами. Целью был транспорт «Балхаш», который наблюдал проход сброшенных по нему двух торпед – они двигались параллельным курсом. Скорее всего, это прошла два раза одна и та же неисправная торпеда. Новый вылет вечером в тот же день прерван из-за плохой погоды – и это стало финалом карьеры торпедоносных Не-115 на Балтике. Хотя тогда же в Пиллау прибыло 5 новых F5b, стрелять ими по советским кораблям в Финском заливе не собирались, а 31 августа 4 машины 1./406 получили приказ возвращались к FdLuft, на базу Лист.

Хотя подробного описания собственно боевых действий автору найти не удалось, зато есть краткий отчет о применении Не-115 в августе 1941 г. против советского флота. Есть смысл привести его полностью:

«Применение части отряда 1./406 не привело к каким-то особым успехам по следующим причинам:

1) подходящие глубины (более 30 м) только в Финском заливе, и там не везде;
2) из-за этого имелось длинное плечо подлета и атака по данным разведки становилась в большинстве случаев невозможной. Приходилось летать на торпедное патрулирование;
3) технические недостатки торпед;
4) нехватка опыта у экипажей.

Всего было расстреляно 12 авиаторпед, из них попали 2, неполадки обнаружились у 5, промахи – 5».

Стоило бы добавить, что атаки проводились при плохой видимости в сумерках, что уменьшало шансы поражения огнем противника или встречи с истребителями – но и результаты тоже явно снижало. Зато отряд обер-лейтенанта Фатера не понес никаких потерь, но это ему в плюс почему-то никто не записал.

1. NARA T-1022, roll 3322 - KTB und Anlagen des Führers der Seeluftstreitkräfte, 22.4-31.12.1941
2. NARA T-1022, roll 3352 – KTB Gen.d.Lw.b.Ob.d.M. - O.Qu, 04-09.1941
3. NARA T-1022, roll 4280 – КТВ des Marinegruppenbefehlshabers West, 16.4-15.5.1941
4. NARA T-1022, roll 3962 – КТВ des Marinegruppenbefehlshabers West, 16.5-31.8.1941
5. NARA Т-1022, roll 2148 - MNG Nord «Akte Gkdos 2», 1940-43.
6. Admiralty War Diaries, 06-07.1941
7. Р.А. Зубков «Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота (август-сентябрь 1941 г.)», М.: Кучково поле, 2012
8. А.В. Платонов, «Трагедии Финского залива», М.: «Эксмо», Спб.: «Terra Fantstica», 2005.

Материал входит в цикл: