Подборка материалов по автору

В предыдущей публикации рассказывалось о неудачной попытке 23-26 августа 1941 года использовать штурмовики Ил-2 61-го и 215-го штурмовых авиаполков 47-й смешанной авиадивизии против немецких 19-й и 20-й танковых дивизий LVII моторизованного корпуса, окруживших войска 22-й Армии Западного фронта в районе города Великие Луки.
26 августа стало последним боевым днем для личного состава 61-го ШАП: полк ещё некоторое время находился на фронте, но в боевых действиях не участвовал. Все Ил-2 ВВС Западного фронта сосредоточили в составе 215-го ШАП, который по результатам краткосрочного участия в отражении контрнаступления 7-й немецкой танковой дивизии в районе Духовщины на правом фланге 19-й Армии авансом получил превосходную оценку командования. В последние дни августа полку представилась реальная возможность доказать, что он достоин предшественников. 

Ранее на нашем сайте была опубликована статья об ударах штурмовиков Ил-2 47-й смешанной авиадивизии по колоннам немецкой 7-й танковой дивизии, пытавшимся контратаковать правый фланг 19-й Армии Западного фронта 19–22 августа 1941 года. Тогда советское командование весьма положительно оценило действия летчиков, посчитав их одним из главных факторов отступления немецких танков. Пилотам засчитали уничтоженными 130 танков, 100 автомашин и убитыми тысячи военнослужащих противника, что, конечно, было явным преувеличением. Достигнутый успех, несомненно, требовал пропагандистского сопровождения. Награждения участников, поздравительные приказы и телеграммы не заставили себя ждать, а апофеозом стала запись эпизода о действиях Ил-2 для фронтового киносборника «Союзкиножурнал». Для личного состава 61-го штурмового авиаполка эти дифирамбы еще были в какой-то мере заслуженными, а вот 215-й ШАП получил их однозначно авансом, и превосходную оценку требовалось подтвердить. Такая возможность представилась практически мгновенно.

Духовщинская наступательная операция проводилась войсками Западного фронта. Однако начатое 8 августа наступление, после недели упорных боев захлебнулось. Несмотря на неудачу, 15 августа маршал С.К. Тимошенко принял решение после перегруппировки и усиления войск начать новое наступление 17 августа с целью окружить и разгромить немецкие войска, обороняющиеся в районе Духовщины, и далее наступать на Смоленск. В этой публикации речь пойдет о боевых действиях ВВС 19-й Армии, добившихся наибольших успехов в ходе операции.

Операция ВВС Северного фронта, целью которой был разгром финской и немецкой авиации на аэродромах, готовилась в невероятной спешке и, как зачастую бывает в таких случаях, не имела ни детальной проработки, ни вообще какой-либо подготовительной фазы. Самым характерным показателем того, что это был абсолютный экспромт, было то, что до 25 июня над территорией Финляндии советскими самолётами не было выполнено ни одного разведывательного полёта! Атаковать аэродромы противника предстояло «вслепую», используя только данные о расположении финских аэродромов, имевшиеся со времён советско-финляндской войны и ранее.

В ранее опубликованной статье «Смерть в обмен за смерть» было рассказано о таране «Мессершмитта» 13 июля 1941 года над аэродромом Сольцы пилотом 38-го ИАП старшим лейтенантом Аристотелем Кавторадзе, который за этот подвиг представлялся к званию Герой Советского Союза посмертно, но по невыясненным причинам заслуженной награды не получил. Причём и высокое командование узнало о таране буквально в тот же день, и командир полка майор Б.А.Сиднев написал о таране в статье «Мастера воздушных боев», напечатанной в газете «Сталинский сокол» 10 сентября 1942 года, однако «Золотая звезда» так и не досталась герою, что не может не огорчать.

На сайте ТактикМедиа опубликованы несколько статей про отражение налётов немецкой и румынской авиации на аэродромы и другие военные и гражданские объекты в Молдавии лётчиками 4, 55, 67-го истребительных авиационных полков ВВС ОдВО (9 Армии) и 96-й истребительной авиаэскадрильи ВВС ЧФ в первый день Великой Отечественной войны. Как помнит уважаемый читатель, несмотря на то, что противник задействовал относительно небольшие силы, отразить все налёты с большими потерями для противника и минимальными собственными смогли только пилоты 67-го ИАП. А на достижение каких же целей 22 июня 1941 года были направлены основные усилия IV авиакорпуса 4 воздушного флота Люфтваффе базировавшегося в Румынии? На этот вопрос ответ в этой публикации.

Лётчики-истребители люфтваффе с первых дней Великой Отечественной войны парами и четвёрками действовали над советскими тылами, уничтожая не только самолёты в воздухе, но и цели на земле. Подобная тактика, особенно в 1941–1942 гг., производила сильное впечатление на советских лётчиков и наземные войска, что впоследствии нашло широкое отражение в советских книгах и кинофильмах о войне. Немецких пилотов, действовавших таким образом, на советской стороне фронта называли «охотниками», что прямо отражало самоназвание немецкого лётчика-истребителя (Jagdflieger), соответственно именовались части и соединения - Jagdgruppe, Jagdgeschwader, Jagddivision. Штабы и инициативные лётчики ВВС КА всю первую половину войны искали свои способы противодействия наглому и уверенному в своей неуязвимости противнику.

Вяземская воздушно-десантная операция, проводившаяся с 18 января по 28 февраля 1942 года, неплохо описана в отечественной историографии, в том числе одним из самых известных отечественных историков авиации Дмитрием Хазановым. В целом она развивалась не по плану — как из-за погодных условий и ошибок советской стороны, так и из-за противодействия противника, в том числе воздушного. В этой публикации мы рассмотрим только один из факторов, а именно противодействие со стороны люфтваффе, предпринятое в самом начале операции и в значительной степени ослабившее и без того не самую сильную группировку транспортной авиации ВВС КА.

В процессе изучения сражения 22 июня 1941 года в небе над Западной Белоруссией среди нескольких отличившихся пилотов автор обратил внимание на заявку заместителя командира 124-го истребительного авиационного полка капитана Круглова. Он сбил в районе аэродрома Высоко-Мазовецк немецкий тяжёлый истребитель «Мессершмитт» Bf 110, и было принято решение поискать дополнительные подробности об этом лётчике. Поиск привёл к неожиданным и интересным результатам.

22 июня 1941 года советские лётчики-истребители встретили войну в крайне невыгодных для себя условиях — на устаревшей или не до конца освоенной материальной части, с недостаточным для уверенного ведения боёв налётом, в хаосе потери управления и связи. Тем ценнее каждый случай, в котором удавалось дать врагу отпор и нанести ощутимый ущерб. Один из таких случаев произошёл 13 июля 1941 года над городком Сольцы в районе Великого Новгорода.

В 2003 году на страницах журнала «АвиаМастер» была  опубликована статья  признанного специалиста по воздушной войне в небе Испании Сергея Абросова. Называлась она «Судьба «испанца» и была посвящена Герою Советского Союза лётчику-истребителю Михаилу Федосееву. Публикация, основанная на документальных источниках, освещала боевую работу воздушного аса в небе Испании и Великой Отечественной войны. К сожалению, в то время далеко не все необходимые документы были доступны автору — так, одним из недостаточно изученных моментов стала гибель героя в воздушном бою.  На основе вновь найденной информации постараемся исправить и дополнить данные Абросова.

Лето 1941 года для военно-воздушных сил Красной Армии по большей части было временем тяжёлых потерь и горьких неудач. Впрочем, иногда фортуна поворачивалась к советским авиаторам и лицом – так произошло 29 июня под Вильнюсом, когда вылет всего лишь тройки бомбардировщиков с красными звёздами практически вывел из игры группу истребителей люфтваффе. Увы, в неразберихе первых недель войны подвиг летчиков остался незамеченным.

Едва ли не самым известным эпизодом воздушного сражения в первый день Великой Отечественной войны стала потеря в первом же боевом вылете одного из наиболее титулованных асов люфтваффе — командира истребительной эскадры JG 27 майора Вольфганга Шелльмана. Случаев потерь офицеров такого ранга в воздушных боях на восточном фронте у люфтваффе было за всю войну не более десятка.

После 1991 года в нашу страну хлынул поток западных публикаций, посвящённых Второй мировой войне, и особенно увлекательно описывались достижения немецких лётчиков-истребителей, которые, как оказалось, заявили на порядок больше побед, чем их советские визави. Во многих источниках, начиная с «Википедии», особое внимание уделялось лётчику 3-й истребительной эскадры обер-лейтенанту Роберту Олейнику, который якобы первым сбил советский самолёт уже в 03:40 по берлинскому времени. Долгое время проверить эти сведения было невозможно, однако сейчас, используя труды немецкого исследователя Йохена Прина, а также данные советских и немецких архивов, удалось разобраться и в этом вопросе. Так кто же одержал первые воздушные победы на советско-германском фронте?

Идея этой статьи родилась случайно — в результате изучения фотографий двух советских истребителей МиГ-3 и выяснения судьбы их пилотов. Снимки первого самолёта, избитого в бою и распластанного на земле, были обнаружены в одном из архивных дел 25-го истребительного авиаполка, и прилагались к докладу о воздушном бое, произошедшем в июне 1942 года. Фото второго «МиГа» с накрашенными румынскими крестами давно известно любителям авиации, но до недавнего времени привязать его к лётчику и авиационной части не было возможности. Когда эта возможность появилась — история фотографий двух «МиГов» сложилась в единый сюжет.

На фотографиях с пресс-конференции для журналистов, состоявшейся в сентябре 1941 года, оказались запечатлены три члена экипажа бомбардировщика «Юнкерс» Ju 88 из 3-й бомбардировочной эскадры, которые решили пойти на сотрудничество с советским командованием: пилот унтер-офицер Рудольф Тойзер, наблюдатель ефрейтор Вальтер Риссик и бортрадист Йозеф Трохе. Интересные и качественные фотографии спровоцировали повышенный интерес автора к тому, при каких обстоятельствах немецкий экипаж попал в плен. Ответ на этот вопрос нашёлся в фонде 33-го истребительного авиационного полка.

Сравнение документов воюющих сторон, а также результатов полигонных испытаний позволило сделать вывод о крайне низкой эффективности применения советской штурмовой авиации против немецких танков. Действия немецких пикировщиков, штурмовиков и противотанковых самолётов на этом фоне выглядят гораздо успешнее.
В данной статье будет рассказано о действиях немецкой авиации 22 июня 1941 года против 28-й танковой дивизии, которой командовал будущий генерал армии и дважды Герой Советского Союза И.Д. Черняховский. Эпизод особенно интересен тем, что немцы применили против советских танков обычные двухмоторные бомбардировщики Ju 88.

Великая Отечественная война началась для ВВС Красной армии с тяжёлых поражений. Буквально за два дня непрерывными атаками немецкой авиации были сметены соединения ВВС приграничных округов. Советские истребительные полки, находящиеся в стадии реорганизации и перевооружения, были не в состоянии на равных противостоять истребителям люфтваффе. Не удивительно, что у многих авиационных командиров практически сразу появились предложения, как переломить сложившуюся ситуацию. Одной из таких попыток улучшить обстановку на фронте стало создание авиаполков, укомплектованных лётчиками-испытателями.

В статьях Михаила Тимина уже неоднократно рассматривались успешные действия советских пилотов в небе Молдавии в июне 1941 года. Здесь и работа летчиков-черноморцев над Измаилом, настоящее избиение, учиненное истребителями 67-го ИАП румынской авиации и многие другие эпизоды. В совокупности с сохранившимися с советских времен постулатами это создает впечатление об эффективности действий ВВС Южного фронта, а также дает почву разного рода конспирологам для рассуждений о том, что причины успеха ВВС ЮФ кроются в своевременном приведении в боевую готовность авиации на этом участке и дальнейшим выводам в стиле «генералы предали!» в отношении командования других округов. Но так ли эффективны были ВВС ЮФ в первые дни войны и в чем кроется истинная причина их сравнительно небольших потерь? 

55-й истребительный полк, встретивший начало Великой Отечественной на южном участке фронта, к концу войны станет одной из самых титулованных частей ВВС Красной Армии. Он получит гвардейское звание и почетные наименования, с 587 воздушными победами войдёт по этому показателю в тройку самых результативных полков, а в списке его асов, возглавляемом А.И. Покрышкиным и Г.А. Речкаловым, будет почти два десятка одних только Героев Советского Союза. Но начало этого славного пути выдалось очень трудным. Как сложился первый день войны для Покрышкинского полка?

Как известно, в первый день Великой Отечественной войны ВВС Красной армии потеряли по различным причинам около 1200 самолётов, из которых порядка 800 было уничтожено на 66 атакованных экипажами люфтваффе аэродромах. Одним из самых эффективных налётов, который произвели экипажи двухмоторных «церштёреров» из II группы эскадры ZG 26, стал утренний удар по приграничным аэродромам в окрестностях Гродно.

В воздушных боях на советско-германском фронте немецкие лётчики, используя преимущества своей техники, с самого начала войны часто придерживались нехитрой тактики быстрой атаки из выгодного положения с последующим уходом при любом результате. Подобные действия сразу же породили определённое отношение к немцам со стороны лётчиков ВВС Красной армии: популярным стало мнение о том, что противник не принимает открытого боя, боится лобовых атак и вообще действует подло, «из-за угла», после чего трусливо удирает. Подобные заблуждения стоили жизни многим советским лётчикам. Уже утром 22 июня 1941 года, в самом начале грандиозного по масштабам сражения, в боях нашлось место и старым добрым «собачьим свалкам» между большими группами истребителей. Здесь немцы продемонстрировали всю свою выучку и возможности техники.

Вопрос эффективности действий немецкой авиации против советских аэродромов 22 июня 1941 года в постсоветские годы стал благодатной нивой для самого разного рода исследователей, в том числе и не чистых на руку. Отсутствие серьёзных работ, объясняющих причины больших потерь советской авиации на земле (которые никогда не скрывались), привело к массе спекуляций на эту тему. Марк Солонин договорился до того, что советские лётчики без боя побросали исправные самолёты и сбежали в тыл. И эта его «теория» имеет большое число сторонников.

Насколько состоятельны подобные измышления? Для ответа на этот вопрос разберёмся с частным случаем и воспользуемся документами 148-го истребительного авиационного полка (ИАП) 6-й смешанной авиационной дивизии (САД), встретившего начало войны на аэродроме Лиепая в Латвии.

Ранее автором была опубликована статья , посвященная боевой работе Героя Советского Союза летчика-истребителя Лидии Владимировны Литвяк. В публикации на основе отечественных архивных материалов и данных противника были описаны все её значимые боевые вылеты и разобраны воздушные бои, в которых она принимала участие, что позволило разоблачить многочисленные мифы, которыми в литературе обросла боевая биография летчицы. 

Одновременно с этой работой автор обратил внимание на биографии семи боевых подруг Лидии Владимировны, прибывших с ней на Сталинградский фронт в сентябре 1942 года лётчиц 586-го истребительного авиаполка старшего лейтенанта Р.В. Беляевой, лейтенанта К.А. Нечаевой, младших лейтенантов Е.В. Будановой, М.М. Кузнецовой и О.И. Шаховой, старшины А.В. Лебедевой, старшего сержанта К.М. Блиновой. К несчастью половина из них с войны не вернулась. О судьбе Лидии Литвяк и Екатерины Будановой написано в выше указанной статье «Победы и поражения Лидии Литвяк», четвёртой же была Антонина Лебедева, о последнем вылете которой и будет рассказано в этой публикации.

Бронированные Ил-2, безусловно, были основной ударной силой советской авиации на протяжении почти всей Великой Отечественной войны. Но на 22 июня 1941 года в строевых частях было крайне мало этих самолётов. Ещё меньше было лётчиков, способных выполнять на Ил-2 боевые задания. Поэтому первыми советскими штурмовиками, атаковавшими наступающие колонны вермахта, стали истребители-бипланы И-153 «Чайка» 61-го штурмового авиаполка.

Великий французский писатель и лётчик Антуан де Сент-Экзюпери, описывая катастрофу Франции в мае-июне 1940 года, сравнивал свою разведывательную авиагруппу со стаканом воды, которым пытаются потушить лесной пожар. При всей очевидной безнадёжности занятия никто не собирался беречь этот стакан! В таком же положении оказались лётчики ВВС Красной Армии летом 1941 года – в бой пошло всё, что могло летать. Широко известен неудачный боевой вылет тяжёлых бомбардировщиков 30 июня 1941 года, попавший в знаменитый роман «Живые и мёртвые» Константина Симонова, однако мало кто знает, что буквально через 10 дней подобный случай произошёл в районе Житомира с экипажами ТБ-3 из 14-го тяжелобомбардировочного полка ВВС Юго-Западного фронта, причём потери в этот раз были ещё большими.

В истории российской и советской военной авиации мало найдётся авиационных частей, имеющих основание гордиться преемственностью своей «родословной» на протяжении многих десятков лет. Одним из них был 1-й Гвардейский истребительный авиационный полк — прямой наследник 11-го корпусного авиаотряда Российской императорской армии. Что примечательно, и в Первую, и во Вторую мировые войны счёт побед обеих частей был открыт тараном.

Начало Великой Отечественной войны сложилось крайне тяжело для Красной армии. Поражения следовали одно за другим, успехи были редки – «учёба» давалась дорогой ценой. Источником сведений о грозном противнике становились допросы военнопленных, которые первое время попадали в руки красноармейцев тоже нечасто. Тем ценнее были опытные солдаты врага, попавшие в плен – таким, несмотря на невысокое воинское звание, был сбитый 1 августа 1941 года над Молдавией лётчик-истребитель унтер-офицер Хорст Бохманн (Horst Bochmann).

Идея написания этой статьи возникла после очередного всплеска активности в социальных сетях, вызванного началом съёмок художественного фильма о Лидии Литвяк. В популярной литературе она именуется лучшей в мире женщиной лётчиком-истребителем, имеющей статус воздушного аса. Кампания по популяризации боевой славы женщин-истребителей в целом и Литвяк в частности началась ещё в военные годы, при этом сведения об их результативности, кочующие из публикации в публикацию, стали набором клише, имеющих лишь отдалённое сходство с реальностью. Попробуем рассказать о боевой работе Героя Советского Союза лейтенанта Лидии Владимировны Литвяк, боевого лётчика-истребителя, отдавшей жизнь за свободу и независимость Родины, на основе архивных материалов.

С развитием электронных баз данных посвященных истории Великой Отечественной войны у исследователей появилась возможность атрибутировать массу фотографий того героического периода и уточнить время обстоятельства при которых происходили фото и кино съемки. На нашем сайте мы уже рассказывали об истории фотографии на которой был изображен старший лейтенант Лысенко Михаил Кириллович. Данной публикацией мы продолжаем тему. На этот раз речь пойдет  летчике-истребителе Владимире Григорьевиче Каменщикове, 9 августа 1941 года удостоенного звания Герой Советского Союза.

Действия советской истребительной авиации 22 июня 1941 года нельзя назвать успешными. Скованные сначала запретами атаковать противника, а затем попавшие под удары на аэродромах, советские лётчики действовали малыми группами и зачастую гибли, не успев нанести врагу сколь-нибудь ощутимого урона. Но были среди «сталинских соколов» и те, кто смог отличиться даже в этих тяжёлых условиях. Особенно примечательно выглядит на фоне всех ВВС Красной армии история авиаполка, сумевшего проявить себя в первый день войны именно как подразделение — 67-го ИАП Одесского военного округа.

Утром 22 июня 1941 года от Балтики до Чёрного моря вспыхнули многочисленные воздушные сражения лётчиков люфтваффе и их союзников против Военно-воздушных сил РККА и ВМФ. Сейчас чрезвычайно трудно определить, кому из советских армейских лётчиков принадлежит первая победа ВВС Красной армии. Большинство же подробностей боя, в котором свой первый вражеский самолёт сбили флотские истребители, удалось установить по свидетельствам его участников с обеих сторон — лётчиков Королевских ВВС Румынии и советской 96-й истребительной эскадрильи ВВС Дунайской военной флотилии.

Довольно много лет назад, в начале 2000-х годов в книге Михаила Маслова, посвященной истории истребителя И-16, среди многочисленных фотографий мне запомнился снимок молодого лётчика, буквально олицетворяющего образ «Сталинского сокола». Пилот позировал фотографу в кабине И-16 тип 5, перекинув ногу через борт и устремив взгляд ввысь, а руками опираясь на фонарь и гаргрот машины. Подпись гласила: старший лейтенант Лысенко, Белорусский военный округ (БВО), декабрь 1939 года. В то время ещё не работали электронные сервисы «Память народа», «Подвиг народа» и ОБД «Мемориал», поэтому установить личность и судьбу лётчика казалось невозможным...

30 июня 1941 года немецкие истребители уничтожили группу тяжёлых советских бомбардировщиков ТБ-3 в ходе воздушного сражения в небе над Бобруйском. Свидетелем этой трагедии стал писатель Константин Симонов, который впоследствии перенёс этот эпизод в свой знаменитый роман «Живые и мёртвые». главный герой романа политрук Синцов, прообразом которого был сам Симонов, в районе Бобруйска становится очевидцем воздушного боя. Шестёрка самолётов, вылетевших на бомбардировку переправ через Березину без прикрытия истребителями, выполняет задание, но при этом погибает почти в полном составе, а Синцов и его спутники подбирают и доставляют в госпиталь нескольких спасшихся на парашюте лётчиков.

Насколько достоверно описана трагедия в романе и как всё было на самом деле? Этот бой действительно произошёл 30 июня 1941 года. Самолёты ТБ-3 из 3-го тяжёлого бомбардировочного авиаполка (ТБАП), вылетевшие на бомбёжку переправ через Березину, были атакованы «мессершмиттами» из 8./JG 51 и понесли тяжёлые потери.

Воздушное сражение над Бобруйском в конце июня – начале июля 1941 года известно немногим. Несмотря на свои довольно серьёзные масштабы (ВВС Западного фронта, поддержанные дальнебомбардировочной авиацией, сражались против 2-го авиакорпуса люфтваффе), эти события не нашли отражения ни в каких исторических исследованиях.

Мнение о том, что бомбардировщик А. А. Архангельского Ар-2 мало чем отличается от своего собрата СБ, давно укоренилось среди любителей истории отечественной авиации — принято считать, что его боевое применение на начальном этапе Великой Отечественной войны было столь же неудачным. Слова же «советский пикирующий бомбардировщик» вызывают устойчивые ассоциации с «Петляковым» Пе-2, и зачастую только с ним. Однако документы говорят о том, что там, где Ар-2 был достаточно хорошо освоен, он применялся удачно, и применялся удачно именно в качестве пикировщика…

Ранее на сайте была опубликована статья автора о лобовом таране в воздушном бою 12 августа 1941 года, в котором столкнулись два истребителя: советский И-15бис командира 1-й эскадрильи 65-го ШАП капитана Митрофана Краснолуцкого и финский MS.406 старшины Йормы Норола из эскадрильи 1/LeLv 28. Тогда оба лётчика сумели благополучно вернуться на свои аэродромы и вместе с самолётами попали в объектив фотоаппаратов. Интересно, что подобный случай в деталях повторился через полгода: вновь над озёрами Карелии произошло столкновение между советским и финским самолётами, и вновь обе машины вернулись на свои аэродромы.

Утром 22 июня 1941 года лётчики ВВС Красной армии сошлись в смертельной схватке с самыми совершенными на тот момент военно-воздушными силами мира — люфтваффе. Эффективно противостоять немцам в воздухе было невероятно сложно, и в безвыходных ситуациях советские лётчики уже в первых боях применили «запрещённый приём», тараня самолёты врага. Два первых по хронологии тарана совершили Иван Иванов и Дмитрий Кокорев. За ними последовали ещё три, выполненные в первый день войны Леонидом Бутелиным, Петром Рябцевым и Анатолием Азаренковым.

Тема воздушных таранов первого дня Великой Отечественной войны неоднократно затрагивалась в работах историков как в последние годы, так и ранее, начиная с результатов поисков знаменитого исследователя истории обороны Брестской крепости С. С. Смирнова, опубликованных ещё в семидесятые годы (и, кстати, довольно хорошо соответствующих документам). Необходимо отметить, что за редким исключением эти исследования носили скорее характер художественных публикаций или воспоминаний участников событий, что не могло не повлиять на степень их исторической достоверности. В итоге в девяностых годах прошлого столетия в научно-публицистической литературе усилиями различных авторов сложилось совершенно фантастическое представление о количестве воздушных таранов, выполненных советскими пилотами в первый день войны.

Мы уже публиковали материал о попытке ВВС КА разгромить авангарды 3-й танковой группы вермахта, прорвавшиеся в район Вильнюса 25 июня 1941 года. Всего полки ВВС Западного фронта и дальней авиации выполнили тогда за сутки 194 боевых вылета. Из-за недооценки сил противника — а 3-я танковая группа насчитывала около 130 000 человек, более 1000 танков и броневиков и тысячи автомобилей — не только разгромить, но и задержать немцев такими усилиями не удалось. События в воздухе, разыгравшиеся на следующий день восточнее, на подступах к Минску, оказались гораздо более масштабными.

К вечеру третьего дня войны в результате тяжёлых оборонительных боёв войска советского Северо-Западного фронта понесли большие потери и были отброшены от государственной границы. Кроме того, фактически ещё 23 июня была разорвана локтевая связь между 8-й и 11-й Армиями фронта. Самое печальное, что командующий и штаб СЗФ довольно смутно представляли обстановку в полосе действий основных сил как правофланговой 8-й Армии, части которой противник теснил на Шауляйском направлении, так и левофланговой 11-й Армии, соединения который были охвачены противником с обоих флангов и медленно отходили на Каунасском направлении. Однако в стратегическом плане эти события были не самыми страшными. Ещё хуже командование СЗФ было осведомлено о ситуации, сложившийся на левом фланге 11-й Армии, и захват ещё в первой половине дня 24 июня столицы советского Литвы города Вильнюс частями 39-го МК 3-й ТГ вермахта стал неприятнейшим сюрпризом как для командования СЗФ, так и для военного совета ЗФ.

Учитывая то, что дальнебомбардировочная авиация создавались именно как резерв главного командования, логично было бы предположить, что именно соединения и части ДБА в первую очередь получат задачи согласно планам прикрытия и уже в первые часы войны обрушат всю свою мощь на аэродромы врага. Однако, как помнит читатель по первым частям публикации, советское военно-политическое руководство долго определялось – объявлять войну Германии или не объявлять, поэтому никаких задач авиакорпуса и отдельные дивизии и полки РГК от командования ВВС КА в первый половине 22 июня не получили. Тем не менее, некоторые части ДБА поучаствовали в сражениях первого дня войны.

Продолжая разбирать события, связанные с боевыми действиями в небе в первые дни войны, перейдем к 23 июня 1941 года. 
Как уже упоминалось в предыдущей части, командующий ВВС Северо-Западного фронта генерал-майор авиации Алексей Павлович Ионов, без сомнения, был сторонником борьбы за господство в воздухе и особое значение в этом отношении придавал воздействию на аэродромы противника. Поэтому, как только у него появилась такая возможность, он занялся организацией налетов на места сосредоточения самолетов Люфтваффе. Весьма кстати оказалось, что поступившая в 8:15 22 июня 1941 года из Москвы в штаб ВВС СЗФ Директива №2 не просто была созвучна идеям генерала, но и практически дублировала его решения...

События первого дня войны до сих пор надлежащим образом не освещены и не исследованы в отечественной историографии, а основная масса публикаций и монографий по этой теме больше напоминают художественную литературу, со всеми присущими ей недостатками…

В данной статье автор в качестве анонса представит фрагмент, посвященный неудачным действиям ВВС Красной Армии 22 июня 41 года согласно так называемым «Планам прикрытия» по завоеванию господства в воздухе.

В предыдущей части речь шла о событиях мая 1943 года, когда несмотря на настойчивые действия самолетов 1-го Воздушного флота немцам не удалось вывести из строя железнодорожные станции и мосты на «Дороге победы» и порты на «Дороге жизни». В этот раз мы рассмотрим непосредственно события 1 июня 1943 года, когда противник атаковал железнодорожные мосты через Волхов в районе одноименной железнодорожной станции.

Герой Советского Союза маршал авиации Георгий Васильевич Зимин в своих мемуарах «Истребители» рассказал о результатах двух воздушных боев, произошедших 1 июня 1943 года над мостами через реку Волхов. Маршал утверждал, что враг был разгромлен и потерял 32 самолёта, а всё небо было заполнено парашютами сбитых немецких летчиков. При этом не были разрушены ни основной железнодорожный металлический мост, ни вспомогательный деревянный, у которого лишь случайно пострадал один пролет, впрочем, буквально за несколько часов восстановленный, что позволило возобновить движение поездов в Ленинград.

Группировка ВВС КА на северном участке фронта какое-то время после начала войны казалась островком стабильности и благополучия. Однако буквально через неделю после начала войны соединения 4-й танковой группы вермахта форсировали Западную Двину и ринулись в сторону Острова и Пскова. Помешать им теперь могли только войска СФ, и в первую очередь — ВВС. Первый удар приняли на себя лётчики 158-го иап, базировавшегося в районе Острова. Штаб ВВС фронта практически сразу создал оперативную группу в составе нескольких эскадрилий 154-го, 156-го и 159-го иап, переброшенных на передовые аэродромы в район Луги. Однако немцы, форсировав реку Великая, быстро захватили Остров и вышли на подступы к Пскову…

К сожалению, зачастую при изучении войны в воздухе разобрать воздушный бой по данным обеих сторон и установить авторство конкретной победы над самолётом противника просто невозможно. Так, долгое время оставались неизвестными и детали гибели немецкого аса c 68 победами гауптмана Генриха Юнга, который не вернулся из боевого вылета 30 июля 1943 года из района Мги, что к востоку от Ленинграда. Однако после выхода в свет новой монографии по истории 54-й истребительной эскадры «Грюнхерц» французского историка Филиппа Сента законный претендент на победу над опытным кавалером Рыцарского креста, наконец, нашёлся.

В этой статье будет рассказано о событиях мая — июня 1943 года, а именно о попытках немецкого командования, силами и средствами авиации и тяжелой артиллерии, затруднить переброску грузов по «Дороге жизни» и «Дороге победы», которые обеспечивали снабжение жителей Ленинграда, войск Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота. И противодействию которое оказали части и соединения советской противовоздушной обороны и истребительной авиации противнику.

Советско-финская война 1939-1940 гг. была, пожалуй, первым конфликтом в истории СССР, в котором применение авиации было широкомасштабным и велось на огромной территории от Балтийского до Баренцева моря. Всего с 30.11.1939 по 13.03.1940 советские ВВС совершили 84307 боевых вылета, 92 авиатора получили звание Героя Советского Союза, в том числе комбриг С.П. Денисов стал дважды Героем.

К сожалению, в когорту Героев Советского Союза не вошел пилот 49-го ИАП лейтенант Яков Филиппович Михин, который, несомненно, был достоин этого высокого звания – 13 февраля 1940 года он таранил финский самолет, причем таран подтверждается финскими источниками.

12 августа 1941 года в воздушном бою командир 1-й эскадрильи 65-го ШАП капитан Митрофан Петрович Краснолуцкий таранил финский истребитель, или столкнулся с ним – это уже кому какая версия больше нравится.

В то утро группа советских штурмовиков И-15бис (по разным данным, 5 или 7 машин), ведомая Краснолуцким, получала задачу атаковать финские войска в районе Паннила. Около 9:30–9:45 группа бипланов взлетела с аэродрома Феньково и, пролетев 100 километров, обнаружила противника между озерами Шотозеро и Ведлозеро...

15 февраля 1943 года войска Северо-Западного фронта начали операцию по ликвидации так называемого «демянского выступа», а уже 21 февраля освободили город Демянск и районные центры Лычково и Залучье. Противник отводил свои войска в направлении на Старую Руссу, используя печально известный рамушевский коридор.
Что касается деятельности входивших в состав СЗФ соединений 6-й воздушной армии (6-й ВА), то следует отметить, что к началу операции в составе армии имелось минимальное количество самолётов ударной авиации: одна штурмовая дивизия трехполкового состава и один бомбардировочный полк. Однако в преддверии наступления армии подчинили 1-й штурмовой и 1-й истребительный авиакорпуса резерва Ставки Верховного Главнокомандующего (РВГК) и пять ночных бомбардировочных авиаполков, а с 24 февраля ещё и 1-й бомбардировочный авиакорпус РВГК. Кроме того, непосредственно за районом базирования 6-й ВА располагались аэродромы 147-й истребительной авиадивизии ПВО в составе пяти полков. 

Начавшаяся 22 июня 1941 года Великая Отечественная война потребовала от Красной Армии в целом и её ВВС в частности оперативного устранения быстро вскрывшихся недостатков. Недостаток времени и ресурсов приводил порой к импровизациям, появление которых в более спокойной обстановке было бы вряд ли возможным. Так, несомненный интерес представляет попытка сформировать летом-осенью 1941 года разведывательную эскадрилью из испанских лётчиков на немецких самолётах.

Готовясь к нападению на СССР, немцы по «старой доброй» традиции решили провести широкомасштабные разведывательные мероприятия, тем более что современные инструменты для этого у них имелись. Одним из главных действующих лиц должны были стать самолеты-разведчики так называемой группы разведки главнокомандующего Люфтваффе (Aufklärungsgruppe des Oberbefehlshabers der Luftwaffe), или просто «Das Kommando Rowehl», по фамилии оберст-лейтенанта Теодора Ровеля, который бы создателем и бессменным командир этой части.

Военно-воздушные силы СССР подошли к началу Великой Отечественной войны далеко не в лучшей форме. Это было обусловлено многими факторами, прежде всего – ростом численности с одновременным перевооружением на новую технику, страдающую множеством «детских болезней». Сложилась парадоксальная ситуация: полки, дислоцированные в западной части страны, которым предстояло вскоре отражать первый удар агрессора, лихорадило от пертурбаций, в то время как в «медвежьем углу» Дальнего Востока для лётчиков сложились наиболее благоприятные условия для ведения учебно-боевой подготовки. Где базировались лучшие истребители ВВС РККА последнего предвоенного года?

23 февраля 1943 года в воздушном бою в районе посёлка Мга, что восточнее Ленинграда, погиб один из самых известных советских лётчиков довоенного периода — дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант Григорий Пантелеевич Кравченко. После боёв в Китае, на Халхин-Голе и в Карелии его имя не сходило с первых страниц советских газет, но новая большая война оказалась для молодого генерала неудачной. Попробуем по документам восстановить подробности его последнего вылета.

Два опытных летчика-аса, советский и немецкий, летом 1941 года дважды сходились в воздушных боях в небе Заполярья. Оба были достойны победить, но выйти живым из этого противостояния суждено было только одному из них.

Немецкий летчик-истребитель Герман Граф (Hermann Graf) стал первым в истории пилотом, заявившим более 200 побед в воздушных боях. В 1970 году были опубликованы мемуары Германа Графа, где в одной из глав он описал напряженный воздушный бой с неизвестным советским летчиком, который провел 14 октября 1941 года в районе Харькова. На основе советских и немецких источников попробуем восстановить события боя и установить пилота, мастерством которого восхищался Граф.

В истории воздушных сражений Великой Отечественной войны известно множество непроверенных или должным образом неисследованных эпизодов, не только приобрётших широкую известность среди любителей военной истории, но и тиражируемых в специальной литературе. И напротив, реальные эпизоды, которые находят подтверждение в том числе в документах противника, практически не известны, а имена совершившие эти подвиги героев фактически преданы забвению. К подобным случаями относится и использование в воздушных боях советскими лётчиками-истребителями реактивных снарядов – знаменитых РС. Так несмотря на то, что в первый раз РС были успешно применены уже 22 июня 1941 года лётчиками 67-го истребительного авиационного полка, до сих пор в отечественной историографии этот боевой эпизод не описывался ни разу. 

В ночь с 6 на 7 августа 1941 года, заместитель командира эскадрильи младший лейтенант Виктор Васильевич Талалихин таранил немецкий бомбардировщик He111, за что был удостоен звания Героя Советского Союза. Обстоятельств этого подвига стали широко известны буквально на следующий день и в СССР их не то что не скрывали, скорее наоборот широко распространяли в средствах массовой информации того времени. 

Несмотря на, казалось бы, исчерпывающие данные полученные в последние годы, благодаря находкам поисковых отрядов и работы исследователей с советскими архивными документами, у ряда специалистов и любителей истории, появились определенные сомнения в самом факте подвига...

Тема подтверждений воздушных побед уже не раз поднималась в публикациях, посвященных воздушным сражениям Великой Отечественной войны. Однако, зачастую, в исследованиях, не хватает данных, для того чтобы точно по месту и времени локализовать воздушный бой и заявки на победы того или иного аса. В связи с этими проблемами, а также традиционно сложившимся у многих любителей истории представлением о некой, абсолютно идеальной системе подтверждений побед советских летчиков, попробуем используя архивные документы, разобраться так ли это было, или система подтверждений в ВВС КА ничем не отличалась от системы используемой противником, или союзниками. В представленной статье воздушный бой локализован и по месту, и по времени и велся между двумя самолетами, что исключает всякие случайности.

Один из малоисследованных эпизодов начала Великой Отечественной войны это операция по уничтожению немецкой авиации на финских аэродромах, которую провели ВВС СФ, Краснознаменного балтийского и северного флотов, 25 июня 1941 года. В данной публикации будет рассмотрена боевая работа основных сил авиации Северного фронта и КБФ.